Метагалактика Юрия Петухова

Газета «Голос Вселенной» № 9-10 (1993)

Информационно-публицистическая и литературно-художественная газета
Печатный Орган Высшего Разума Мироздания

Юрий Петухов

Полтора года в аду

Документальные записки воскресшего

Я руки не успел вскинуть, как первый саданул мне под ребро ножом – боль пронзила сердце. Я мог бы убить его, разорвать на части. Но колдовская сила бросила меня вперед – ломая кусты, хрипя, крича и дико матерясь, я носорогом попер вперед. Я уже знал, что надо идти в самый центра Но как?! Это же Москва! Это не Хренореченск какой-нибудь вшивый, где по ночам души живой не встретишь! Боль прошла, рану под ребром затянуло. Но душа ныла и стонала.

– Сапсэм бэщэный! – донеслось мне в спину. Мне было плевать на гастролеров.

Я хотел обратно в ад. В преисподнюю!

Но колдун был сильнее меня. Лишь на очень короткий миг мне удалось вырваться из его власти. У какой-то сарайной будки, почти у вокзала валялся забулдыга. Я прыгнул на него рысью, в мгновение ока вытряхнул его из пиджака и штанов, ухватил за волосы и с размаху долбанул мордой о бетонную стену, чтоб не вопил, не подымал шума. И снова меня бросило вперед. Я не мог даже одеться, я тащил эти лохмотья в руках. И на меня озирались люди.

Казанский! Это был Казанский вокзал – скопище убийц, проституток, воров, сифилитиков, всяких прочих гадов. Три бана! Три вокзала! Гнойная язва разлагающегося трупа, который все еще по привычке называли Москвой.

– ЭЙ, красавчик, погоди! – с идиотским, пьяным хохотом окликнула меня седая патлатая старуха, которуя два беспризорника лет по одиннадцать, лапая и оголяя, тащили в темень, к забору.

– Муж-жшына-а-а, ну иди ко мне, ну поучи этих щеглят, мать их, опять всю изорвут, изомнут, а толку от них… и-эх!

А один гаденыш обернулся, плюнул, да так сильно и метко, что я еле увернулся. Бог с ним! Тянет. Страшно тянет куда-то. Пиджачишко драный и вонючий я набросил на голое тело. А со штанами долго провозился, три раза падал, подымался… а вокруг, у стен, по всему вокзалу валялись какие-то ублюдки– грязные, избитые, опухшие, издыхающие, завшивленные, гадящие прямо под себя, и мужики, и бабы, и старики, и старухи… будто вся шваль, вся рвань и погань со всей Расеи-матушки собралась тут на шабаш. Раньше мне такого видеть не доводилось, раньше всю эту сволочь держали в приемниках и психушках, в богадельнях и на зонах. Я еще не знал тогда, что наступила демократия, что бездомных и безхозных больных повышвыривали отовсюду, бросили подыхать. Это потом я просек, что зажравшимся богатеям надо видеть, как они богаты, что эта нищета и рвань, по которой они разъезжают на мерседесах, оттеняет их роскошь. Им бы всю Россию положить вот так, издыхающей, завшивленной, в отрепьях и дерьме… а самим сверху, в белых смокингах! Только мне лапшу на уши не навешаешь, я-то знаю, настоящее дерьмо, гнусное и вонючее, это они сами и есть!

Меня несло вперед. И никто не обращал на меня внимания, я почти не выделялся среди этих полуживых ублюдков, полумертвых алкашей и наркотов. Отъезжающие, приезжающие не глядели на бомжей, воротили рыла, перешагивали через этих дохляков… И кого было больше на Казанском и по всей площади, не знаю.

Только меня волокло в центр.

Меня аж трясло всего. А в голове глухо стучало: Арбат, Арбат, Арбат! Я уже представил себе старую мощеную улочку, на которой когда-то гулевал с корешами, сорил хрустами – просаживал в кабаках за ночь годовую зарплату академика. Тогда это были денюжки! Тогда зажравшейся валютной сволочи почти не было, и какой-нибудь суке могли бросить под подол тыщу деревянных, но тыщу баксов – никогда! Дважды ко мне подваливали какие-то крутые фраера, но не доходили, носы морщили, отворачивались– понятненько, трупной падалью несет, а кому охота в падали ковыряться. Безумная столетняя старуха с бельмами на глазах и седой щетиной совала в нос флакон одеколону, шипела чего-то. Отмахнулся. Менты на меня даже не глядели, у этих глазок наметанный, они знают – с кого можно чего-то поиметь, им всякие болтающиеся туда-сюда мертвяки в драных моченых штанах не нужны.

Попер прямо через газон. А там табор цыган, да каких-то убогих, нищих, злобных. Мальчишки меня камнями обкидали, заплевали. Через весь город пер пехом, все больше по закоулкам, дворами грязными и погаными. Дикая Москва была, жуткая, будто война по ней прошлась, не такой я ее помнил, не такой – была логовом всякой мрази, а стала выгребной ямой у холерного барака. И все же сердце щемило, слезы с глаз не сходили: ведь наверху я! среди живых! на белом свете! и не пытает меня всякая сволочь дьявольская! Дышу! Живу!

А вынесло меня почему-то не на старый Арбат. А на Калининский. Из дворов, из тьмы-тьмущей зырился я на свет и огни, на машины редкие, на фонари. А когда подволокло меня силой колдуна к одному небоскребу, все понял – сюда надо!

И сразу вся спешка прошла. Сразу мозг прояснился. Дрожь пропала в теле, мышцы мои мертвяцкие силищей сатанинской налились. А в мозгу вдруг голос прозвучал:

«Ты слышишь меня, раб!»

А я вслух как заору от неожиданности:

– Слышу!

И прожгло меня так, что повалился на землю, скрючился.

«Не ори, гнида! За то, что добрался без происшествий, хвалю. Теперь все от тебя зависит, даю тебе кусок Воли! Но все равно по моей наколке пойдешь, и все тебе будет открываться по ходу дела».

«Ничего не понимаю!» – подумалось мне тогда резко, зло.

«Тебе и не надо понимать! Иди! Иди, раб! Я с тобой! Я твой владыка и бог! А ты мой раб, ты зомби! Иди!!!»

Огляделся я – дом непростой, тут всякие бугры живут, с ними связываться хреново, это я по опыту знал, будут искать, будут выслеживать до последнего гроша государственного. Уж кому, как не мне знать – сколько душ простых смертных загубил, сколько одних баб поизвел – ни хрена никто никогда не дергался, бумагу только переводили. А было дело как-то девицу одну пригрел да остудил потом за ночку-то всего, а она внучатая племянница или племянчитая внучка, хер ее знает, какому-то тузу кэгэбэшному была – так всю Россию перевернули, два года на нее вся система работала, семерых под вышак подвели и спровадили с бела света, до меня чудом не дотянулись, в Дагестан ушел, в горы к кунакам, привел им двух девчонок лет по десять, скраденных в станице, отдал нетронутых, так они меня полтора года в горах таили-кормили, а туда ни одна сука не рыпается, этих ребят даже кэгэбэшники тронуть, да чего там тронуть, пощупать боятся! Ушел, короче! А вот сейчас удастся ли уйти?

Подъезд непростой. В такой запросто не пустят. А это еще кто? Четыре мерса по бокам и «девятка». И в двух свет вдруг зажегся. У меня чутье – неспроста.

Вываливают из двух мерсов два паренька, крутоплечих, качки, небось. И ко мне. А сами спали до того, наверное, я их потревожил.

– Чего надо, падаль?!

Эх, круто начинают, думаю. А сам на переговорники гляжу, у каждого на шее болтаются «уоки-токи». Ежели каша заварится, они сходу наверх настучат. Но эти пареньки не из органов, это стая, приблатненые, шакалы, фраера! Злоба во мне накипала вулканом, я вообще бешенным всегда был, думаю, сейчас их рвать учну: зубами и когтями.

А другой мне:

– Вали отсюда!

– Ща, – говорю им тихо, – ща отвалю, щеглы! – А краем глаза вижу – в мерсах еще кто-то шевелится, тут их много, это охрана, побудил я их, сучар. Но отступать мне злая воля моего хозяина не дает. Уж очень ему что-то понадобилось в этом доме. Но что?! Золото? Бриллианты? Доллары?!

Вытянул я лапу когтистую. Да и содрал левому челюсть вместе с переговорником – он так и осел, захрипел. А другому в грудь просто ткнул костяшкой– ребра у него захрустели, осколки их, небось, в сердце впились, в легкие… таких ударов им не раздавали еще, пускай знают, что не с живыми сосунками дело имеют, пускай хоть эти щеглята уважают.

– Полежите, отдохните малость! – шепчу.

И начало меня вдруг бросать, бить, подкидывать, толкать. Я понять ни черта не могу. А кровища черная из меня хлещет ключами. А это из мерсов, двери приоткрыли и лупят в меня в пять стволов. Да глушители такие– ни звука, ни хлопка. Крутые мужички!

Только ведь меня в аду еще не так истязали!

Упал я, перекатился к кустам. Отлежался с полминуты. Стрелять перестали, подумали, небось, что ухайдокали меня, гады.

Подходят двое со стволами, лбы мокрые, блестят, тоже качки-амбалы. А сами боятся, коленки дрожат. А как же им не бояться-то, своих дружков, небось, уже видели на асфальте.

– Получи довесок!

Это один с ходу мне очередь в брюхо дал.

Ладно, я-то получу. Получу. А вот ты у меня…

Они не ожидали такого прыжка, они так и не поняли, с кем имеют дело. Довесчику я отодрал башку, только хрящи захрустели, подкинул ее на ладони, да в сторону мерсов и забросил. Второй дернулся было в кусты, да не тут-то было. Три когтя я вонзил ему в спину, ахнуть не успел, повалился. Выжидать больше не стоило.

– Ну, держись, падлы!

Я бросился на мерседесы, перевернул один вместе с троими скотами, сплющило их неплохо. Двое высунулись из «девятки», пришлось их вбить обратно, так они там навечно и останутся, пока их не выковоряют вместе с резиной и жестью, да в деревянные «девятки» не пересадят. А за спиной мотор глухо взвыл – еще один мерс сорвался с места, ушел. Хрен с ним. Я уже бежал к двери. Я не собирался стучать или звонить. Я знал, что дверь закрыта, на сигнализации. А там наверняка еще охрана.

Я вцепился в ручку. Отодрал! Вгрызся когтищами под петли, чуть не лопнул от натуги, но содрал – одну, потом другую. Какой-то седой старик-вахтер в форме вскинул пистолет, да нажать не успел, повалился с раскроенным черепом. Еще двоих одним ударом сшиб. Мне на восьмой надо. Я уже знаю. Два огромных лифта. Наверху тоже охрана, – это точно!

А в мозгу: «Молодец, раб! Иди быстрей! У тебя осталось не больше семи минут, через эти минуты сюда приедут… Вперед!»

Рванулся я к лифту. Восьмой! А в лифте болван какой-то:

– Не убивай! Я лифтер, ночная смена!

Ну и ни хрена себе, живут?! – сверкнуло в мозгу. – Не отель пятизвездочный, не вилла миллиардера… а на тебе, ночной лифтер! Не тронул я его, вышвырнул из кабины. Мне наверх!

Комментарии специалиста. Как правило зомби и прочие разновидности управляемых мертвецов, как и управляемых живых (зомбированных) людей не оставляют никаких документальных записок У них память либо полностью атрофирована, либо в ней стираются ненужные их хозяевам сведения. В редчайших случаях следственным подразделениям удается снимать достоверные показания с зомби. Но как правило это бывает по истечению достаточно длительного времени и не может уже служить раскрытию преступления или изобличению преступников. Часто происходит и следующее: психоэнергетиками-экстрасенсами (в просторечии «колдунами» и «магами») в мозг зомби или зомбированного человека закладывается помимо нужной программы ложная информация, сбивающая со следа, запутывающая дело. Сам зомби или зомбированный не может отличить объективную информацию от наложенной искусственной. В данном случае также невозможно выяснить– происходило ли все описываемое в данном разделе на самом деле, по программе психоэнергетика-каббалиста, или же субъект-зомби выполнял иную программу, стертую, забытую, а для замета следов воспроизводит по ложной памяти «ложную программу». Установить истину можно было бы при хирургическом вмешательстве в мозг субъекта-зомби. Однако он категорически препятствует проведению трепанации черепа, проведению следственно-медицинского эксперимента, более того, последние восемь месяцев скрывается от исследователей.

Напоминаем еще раз: 1. зомби – это мертвец, оживленный психоэнергетической личностью и выполняющий все требования таковой, т. е., «программу». 2. зомбированный – это живой человек, кодированный психоэнергетиком на выполнение его воли. Ни в коем случае не следует путать эти разновидности. Это крайне важно, так как зомбированных субъектов в настоящее время насчитывается на земном шаре до нескольких десятков и даже сотен миллионов, они ходят постоянно рядом с нами и внешне ничем не отличаются от обычных людей, наделенных свободной личностной волей. Эксперименты над зомбированными проводятся полномасштабно и широко, особенно в России и странах СНГ, где эти эксперименты в отличие от других стран не только не запрещены, но активно поддерживаются. Что же касается, мертвецов-зомби, то это явление недостаточно изученное и малораспространенное. Зафиксировано достоверных, реальных фактов не более шести десятков. Восемнадцать субъектов-зомби были задержаны и подвергнуты паталогоанатомическому анализу. Также были задержаны и обезврежены все их родственники, могшие представлять опасность для общества, в настоящее время их тела подвергаются хирургическому исследованию. Однако это все крохи, не дающие большой научной статистики. И потому мы, Отдел изучения зомбианомалии при ВСРДРЦД, обращаемся к вам– сообщайте о всех случаях появления зомби в местах вашего жительства. Ни один из воскресших не должен остаться неизученным, необследованным. Нашим отделом при лучших психиатрических клиниках России создана сеть бронированных свинцовых камер, в которых для исследуемых зомби созданы самые благоприятные, даже относительно комфортные условия. Мы приглашаем самих воскресших являться к нам добровольно, без принуждения. Это будет в любых отношениях благом для них, так как уже сейчас приняты все меры и создана общеевропейская система отлова и обезвреживания зомби. Добровольная явка с повинной снимет излишние стрессы и обеспечит высокое качество излечения.

Что касается конкретного случая, следует отметить, что, к сожалению, зачастую мафиозные структуры, которыми насквозь пронизано все наше общество, не только покрывают преступления и деяния как зомби, так и зомбированных, но и нередко используют их в преступных целях, что ведет к полной утрате информации, а в будущем, при глобальном использовании зомби мафиозно-властвующими сферами, и к исключению секретной проблемы из области изучаемых явлений. Мафиозные структуры, срощенные с госструктурами заинтересованы в полном закрытии проблемы и использовании как зомби, так и зомбированных исключительно в своих целях. В таком случае медицине, как и науке в целом никогда не удастся раскрыть тайны потусторонних миров (этой тайной и всеми извлекаемыми выгодами смогут пользоваться исключительно главари нескольких гигантских преступно-государственных кланов). Поэтому столь важно выяснить все в кратчайшие сроки, не откладывая на завтра.

Мы обращаемся также к редакции газеты «Голос Вселенной» с просьбой обязательно задержать автора документальных записок, когда он явится в редакцию в очередной раз. Для этой цели мы готовы выделить шесть наших сотрудников, которые будут дежурить в редакции, кроме того обеспечить сверхсрочный вызов особого подразделения захвата. Мертвец-зомби, он же воскресший, должен быть немедленно обезврежен и доставлен в соответствующие места.

От редакции. К сожалению, мы не можем согласиться с предлагаемыми мерами и пойти на них, так как публикация проводилась с обязательным условием – не имеем права выдавать властям автора записок, наводить на его след. Тем более, мы не располагаем данными, где в настоящее время скрывается воскресший. Насколько нам было известно, он постоянно менял места жительства, всячески маскировался, уходил от преследователей. Чисто по-человечески мы понимаем автора записок, но ничем не можем помочь ни ему самому, ни следствию спецотделов.

Нам стало известно, как мы сообщали ранее, что уже давно существует Комитет по проблемам воскрешения, воскресших, зомби и т. д. Комитет этот действует подпольно, и прямой связи с ним у нас нет. И все же мы рекомендуем всем воскресшим, зомби обращаться в этот Комитет, возможно, это их последнее спасение от «общеевропейской системы отлова и обезвреживания». Одновременно мы обращаемся к властям с просьбой проявлять гуманность в отношении подлежащих отлову и исследованиям зомби. Сейчас не существует специального законодательства по воскресшим и потому они не считаются людьми, гражданами, их можно убить, заточить, расчленить… и все же необходимо проявлять определенную гуманность к этим существам, пытающимся реабилитироваться в нашем обществе.

…Лифт мигом вознес меня наверх. Я вывалился из него в широченный коридор. Сбил с ног трех охранников с «узи» – мне эта еврейская штуковина хорошо знакома, этими автоматами мы отбивались в соль-угорском ночном притоне в восемьдесят шестом, положили не меньше двух десятков легавых.

Какая-то бабка; небось, тоже ночная уборщица, бросилась в ноги, взмолила:

– Не губи, милай, не убивай, сердешный! – она была в слезах, губы дрожали: – Куды ж лезешь, их же здесь сплошь три этажа целых, беги сам-то!!

Три этажа! В эдаком огромном домище! Ну и дела!

Только обмозговать все мне не дали – разом из четырех дверей выскочила шобла пятнистая, все как один, но все черные. С цепями, кастетами, дубинками этими гнусными электрическими, железяками какими-то. Выскочили. Сунулись. Да и полетели кто костями, кто мозгами по стеночкам. Взъярился я, озверел совсем. Будет бабке теперь работы, эту банду теперь от мрамора и кожи не отскребешь. А ведь и впрямь все там было в красном и белом мраморе, в резном дереве, в коже мягкой – как в сказочном дворце, даже в фильмах я такого не видывал.

А злая воля меня вперед гонит. Через восемь дверей – в девятую. Как влетел я в нее, так и напоролся на двух огромных буйволов. И начали они меня дубасить. Но не долго тешились, разодрал я им глотки, повалились в кровище все – и сам упал, встать не могу, раны зарастают, да кости перебиты, еще миг, минуту. А в зале огромном визг дикий: голые бабы в золоте и каменьях с ног до головы, а так голышом, визжат, бегут куда-то… Баб не меньше двух десятков. А мужиков всего трое – тузы, жирные коты, черноглазые, потные, в белых рубахах коротких. И чего там только нет: ананасы, виноград, апельсины, в огромных хрустальных чанах икра красная, черная, золото, золото, бриллианты, фазаны, поросята, осетры, сервизы – ну весь Эрмитаж, короче втиснутый в один зал на сто квадратных метров – и голые тела, груди, ляжки, задницы, ноги – все отборное, все высшего класса. Бабы визжат. А мужики шпалеры тянут из-под рубах. Пугают выкаченными глазищами.

Только меня не запугаешь.

Встал под пули, на выстрелы.

Иду живым решетом, скалюсь.

Половина голых баб валяется в обмороке, чувств-с они, видите ли, лишились. А мужики крутые, держатся.

Добрался я до них.

– Конец вам, гады!

Рвал на куски, расшвыривал. Тут и они хуже баб завизжали. А потом и успокоились. «Молодец, раб! Вперед!» Да куда ж еще вперед-то?! И увидал я лестницу витую – наверх она вела. Побежал к ней. В три прыжка половину преодолел, еще в три другую. Вышиб ногой дверь дубовую. Сбил двоих сразу, хребты сломал. Вышиб другую дверь. И снова по лесенке вверх – ступени резные, каждая мерседеса стоит, я толк в этом понимаю, но вверх, вверх.

Еще две двери. Еще три вертухая – рухнули с распоротыми животами.

Влетел я в какой-то зальчик полутемный, замер.

Посреди – в круглом бассейне сидит толстячок дряблый, носатый, губатый, лысыватый – армянин с рынка, ни дать ни взять.

А перед ним извиваются три девицы, одна краше другой. А четвертую, ближнюю, самую полную и грудастую, негр заделывает, да так шустро и смачно, что хоть в ладоши хлопай. Оторопел я. И они застыли. Только негр никак кончить не может. А кончить ему хочется, вот он и зырится, трясется, да не останавливается. У армянина этого вся похотливая гримаса с рожи слетела сразу. Поднимается. Девицы по углам, притихли, негр кончил, пополз куда-то на четвереньках. А армянин догадливый.

– Бери чего хочешь, – говорит, – бери все! Бери их! – на девиц указывает.

А я сам не знаю, чего мне надо.

– Пойдем!

И пошел я за ним слепо. Дверца в стене открылась. Зашли мы в комнату какую-то. Полумрак, роскошь, ковры, пальмы в кадках, хрусталь, золото… И начал он доставать ларцы, открывать – сверкало из них небесным огнем, начал пачки зеленых под ноги швырять. Очень догадливый был.

– Все бери!

Только на хрена мне, мертвяку, все это. И прыгнул я к нему, хотел пасть порвать. Но злая сила остановила меня – нельзя старика убивать, нельзя, такая вот команда.

А губы сами проговорили:

– Мне нужна она!

Этот хрен старый повалился в ноги, запричитал, начал мои струпья и гнойные язвы целовать. Но поставил я ему когтистую лапу на хребет, стал давить. Тихо, не спеша. А сам ничего не понимаю, кто это «она»? Додавил я его, дожал – зеленый стал, совсем плохой.

– Пойдем, – говорит.

И провел через три комнаты.

А в четвертой сидела девица. Беленькая. Красивая. Вся в чем-то небесном, невиданном. Глазища в пол-лица, небось, сама колдунья, ворожея. Не видал я еще такой красоты неземной и страшной.

– Забирай! – промямлил старик. И ей бросил: – Пойдешь с ним! Я все сказал! – И ушел.

– Стой! – заорал я ему в спину. – Ключи от мерса, старая падаль! Или я тебя пришибу щас!

– Ключи у нее, – сказал он, не обернувшись даже.

– Ну, гляди, ежели кто из твоих псов сунется, вернусь – посчитаюсь!

А в мозгу молнией: «Молчи, раб! Забирай ее и уходи! Если не доведешь ее, тебе ад раем покажется!!! Живей!!!»

Схватил я ее и поволок вниз, не глядя, не разговаривая с ней. Вышибал двери, бил направо и налево, хотя все сторонились меня. На улицу бегом выбежал. К ближайшему мерсу. Ключи у нее и впрямь были, целая связка. Рванули мы. Куда ехать – не знаю, но чую – ведет меня злая воля, ведет.

Ехали долго, Москву оставили далеко позади, во мраке ехали. И знал я, куда свернуть, где прямо ехать. А у одного моста в мозг кольнуло: «Все! Хватит! Бросай машину!» И руки сами двери рванули, вытолкнули ее, выпрыгнул я, направил к барьерчику мерс… полетел он вниз, далеко вниз, а потом так рвануло, так полыхнуло, что адское пламя мне вспомнилось.

– Пошли! – я ухватил девицу за руку. Поволок в чащобу.

Я знал, куда идти. Но еще не меньше двух часов мы продирались сквозь буреломы и кустарники. Бесконечная ночь!

Истерзанный и измученный вытащил я ее на полянку темную. И она была измучена, устала, тяжело дышала.

Один старик-колдун не был измучен. Довольный он сидел на своем пне, теребил ручонками, сопел, блестел выпученными глазищами.

– Встань передо мной! – приказал он девице. Та, словно завороженная, послушалась.

– Вот ты и пришла ко мне, хи-хи, – заулыбался он, – а ведь не сама пришла, верно?!

– Верно, – ответила девица глухо и обреченно.

– Скинь эти лохмотья, Лола!

Она встрепенулась, дернулась. Но колдун так обжег ее своими глазищами, что обмякла она, приподняла руки– и изодранные неземные одежды ее свалились в ноги. И открылась она взору моему столь прекрасной и чарующей, что глазам я не поверил.

Такой фигуры не могло быть у земной женщины: осиная талия, широченные бедра, налитые груди, как воздушные шарики, тянущиеся вверх, ноги, ноги… и струящиеся белокурые волосы, целая грива волос.

Старик плотоядно облизнулся, привстал на пне, вытянул руку и коснулся ее груди. Он смотрел прямо в глаза своей прекрасной пленнице и мял, мял ее упругую горячую грудь, слюна стекала с его губы на подбородок и ниже, падала на грудь, а она тянулась к нему, зачарованная и послушная.

– Нет, хватит! – вдруг проскрипел он злобно. – Ты слишком наивна, Лола, ты уже обрадовалась, ты подумала, что я тебя простил. Ты ошибаешься, лапушка, я никогда никому ничего не прощаю, запомни это. Ты отказалась от меня? Ладно. Теперь ты достанешься вот этому…

И тут он пристально посмотрел на меня.

(продолжение следует)

Видеоклуб

БАТМЕН / BATMAN

США, 1989 г., 2 ч. 01 мин.

Режиссер Тим Бартон

В ролях: Майкл Китон, Джек Николсон, Ким Безингер, Роберт Вул, Пэт Хингл, Билли Ди Уильяме, Джек Пэленс и др.

фэнтэзи

Фильм, который с восторгом был принят у себя на родине и с прохладцей нашими любителями видео.

Итак, вымышленный город Готэм, в котором, как и во всех комиксах, разворачивается борьба между силами Добра и Зла. Первые воплощает Брюс Уэйн он же Батмен (человек летучая мышь), что само по себе необычно, так как летучая мышь издавна ассоциируется с миром мрака и тьмы, вторые – гангстер Джек Непьер он же Джокер (комедиант, шут).

Когда-то на глазах у маленького Брюса от рук бандитов погибли родители, тогда же он поклялся всю свою жизнь посвятить борьбе со злом. И вот наступил момент, когда Готэм захлестнула волна слухов о незнакомце в маске летучей мыши и кожаном плаще, безжалостно искореняющим преступность. Но никому и в голову не может прийти, что этим мстителем и одновременно судьей является красивый молодой человек, миллионер Брюс Уэйн, который так закалил и натренировал свое тело, что стал почти неуязвимым для врагов. В свою очередь Джокер стремится парализовать жизнь города, чтобы захватить власть над ним. С этой целью он идет на любые преступления, не гнушаясь ничем, и при этом совершает их, оправдывая свое прозвище, заразительно смеясь и пританцовывая. Естественно, что пути Батмена и Джокера не могут не пересечься. Между ними начинается смертельная борьба.

БАТМЕН ВОЗВРАЩАЕТСЯ / BATMAN RETURN

США, 1992 г., 2 ч… 06 мин. режиссер Тим Бартон

В ролях: Майкл Китон, Денни Де Вито, Мишель Пфайфер, Кристофер Уокен и др.

фэнтэзи

Во втором фильме о Батмене режиссер, погружая нас в фантастический мир своих героев, усиливает гротесковые элементы и сказочные мотивы в изображении персонажей и развитии сюжета. Последний, впрочем, не отличается существенной новизной. По-прежнему власть в Готэме хотят захватить силы Зла. На этот раз в качестве главного негодяя выступает богатый промышленник Макс Шрек (К. Уокен), а помогает ему во всех его подлых делах мерзкий уродец по прозвищу Пингвин (Д. Де Вито). Им противостоит все тот же Батмен в исполнении того же Майкла Китона, на стороне которого выступает весьма загадочный персонаж – Селина, бывшая секретарша Шрека, она же Женщина-Кошка. Впрочем эта женщина, поскольку является еще и кошкой, ведет себя по-кошачьи непредсказуемо: раскрыв коварные замыслы Шрейка о захвате власти в городе, она затем вступает в схватку с самим Батменом.

Мишель Пфайфер, воплотившаяся в Женщину-Кошку, создала, пожалуй, наиболее яркий и запоминающийся образ. На ее фоне даже меркнет фигура самого Батмена. Тем более, что последний оказался как бы в тени других персонажей, а привычный образ летучей мыши, который тот надевал прежде только при необходимости, начал овладевать его сущностью…

Несмотря на то, что этот фильм сделан в более энергичном темпе, чем первый, в целом он выглядит довольно мрачновато._

СПОНТАННОЕ ВОЗГОРАНИЕ / SPONTANEOUS COMBUSTION

США, 1990 г., 1 ч. 36 мин. Режиссер Тоуб Хупер

В ролях: Брэд Дуриф, Синтия Бэйн, Джон Синхер, Уильям Принс и др.

кинофантастика

Создается впечатление, что в американской киноиндустрии с некоторых пор не сюжет фильма определяет набор технических приемов для его реализации, а готовые, апробированные технологии формируют последний. Достигнув небывалого совершенства в изображении экранных катаклизмов с использованием стихии Огня, примером чему могут служить «Порождающая огонь» Марка Лестера, «Огненный вихрь» Рона Хоуорда и др., Голливуд продолжает поддавать жару на съемочных площадках, не слишком заботясь о качестве сюжета.

Пролог фильма – испытания первой американской водородной бомбы в пустыне Невада в 1955 году. Молодую семейную пару помещают в незащищенный от радиации бункер, предварительно накачав молодоженов противорадиационной вакциной. После, казалось бы, успешно проведенного эксперимента у них рождается сын Дэвид, но именно в это благодатное времечко счастливые родители неожиданно погибают от спонтанного самовозгорания. Далее действие переносится уже в наши дни. Достигнув зрелого возраста, Дэвид начинает сам испытывать состояние близкое к самовозгоранию и возбуждать его у окружающих. Впечатление такое, что авторы фильма все время слышат чей-то призыв – Дайте огня! И они его дают! Горят мужчины и женщины, злоумышленники и простофили, основные персонажи и второстепенные. (Особенно здорово горит массовка).

Агент инопланетян

Сенсация!

От Комиссии по Контактам. Мы передали этот документ и комментарии к нему в редакцию «Голоса Вселенной», единственного печатного органа, который предоставил нам свои страницы два с половиной года назад, когда еще сама «инопланетная» тема была под запретом. И хотя к настоящему времени органами госбезопасности ведущих держав мира рассекречено не более двух процентов всей имеющейся информации по проблеме НЛО, тем не менее хоть что-то начало поступать в свободную прессу.

На сегодняшний день «Голос Вселенной» остается передовым, десантным отрядом свободной прессы. Все остальные издания без исключения идут у него в кильватере, причем с отставанием от года до трех лет. К примеру, «Голос Вселенной» начал первым писать о зомбировании, теперь его материалы перепечатывают те издания, которые два года назад трусливо и подленько хихикали над ним. То же самое можно сказать и обо всем остальном… Но не беда! Идущим впереди всегда приходится туго… зато награды и премии собирают ползущие сзади, так устроен наш бренный и жалкий мир.

Этот документ осмелился опубликовать только «Голос Вселенной», не привыкший прислуживать сильным мира сего, разоблачающий их преступления. Судьба документа непроста. Всем памятна трагедия «рейса 811-23» 20 марта с. г. Самолет, следовавший по маршруту Москва – Нью-Йорк, от взрыва бомбы разлетелся в воздухе на куски. Как удалось выяснить службам ККНС, именно на этом самолете летел российский спецагент с докладом по вопросам НЛО-проблемы (точнее говоря, он вез совершенно секретный отчет российских НЛ-служб своему американскому руководству, все секретные документы и полная информация передавались по прямому требованию из Пентагона высшими должностными лицами). По требованию неизвестного террориста самолет свернул с курса, но полет его был недолог. Он потерпел катастрофу над Адриатическим морем. Сгорело практически все, уцелел обрывок листа из секретного отчета. Обрывок этот был выкуплен у западногерманского яхтсмена, проводившего очередной отпуск под парусами. Допросить яхтсмена не удалось – он был арестован службами береговой охраны. Район оцепили. До сих пор он закрыт морское дно обследуется аквалангистами и подводными аппаратами. Мы благодарим человека, выполнявшего задание ККНС в Адриатике, как и сотни других наших друзей, функционеров и информаторов.

Мы полностью и без редакционных правок приводим текст документа, опуская лишь особо важные детали, могущие повлечь неблагоприятный исход дела.

«……Обнаружен в гипераномальном сегменте ВХ 1271/а (Северный Памир). Объект находился в объеме слизистой, упругой, плотной жидкости со специфическим запахом. Там же находились восемь предметов неземного происхождения, в двух из которых определенно угадывалось индивидуальное боевое оружие. Объект на момент обнаружения находился в бессознательном состоянии. Соматические повреждения определялись визуально: перелом руки выше локтевого сустава, переломы обеих ног в голеностопных суставах, значительное синюшное пятно в области брюшины. По всей видимости, десантирование объекта произошло в нештатной ситуации… Объект доставлен в Центр… 14 января 1993 г. объект серией направленных внутричерепных электрических разрядов выведен из шокового состояния… 21 января 1993 г., в 11–25 при посредстве хирургического вмешательства была снята блокада участка искусственного „гашения“ памяти (мнемо-диск-1113)… 14 февраля 1993 г., в 2-08 от объекта начала поступать объективная информация (блок-запись: диск 14199/и). Объектом подтверждено, что он имеет земное происхождение. В возрасте 6 лет двух месяцев и семи дней в 1969 году 11 мая в 23–45 был принят на борт (сигма-тип НЛ). При изъятии объекта родители, две сестры, а так же частный дом были подвергнуты уничтожению огнем с целью сокрытия следов. С 27 мая 1969 года объект по 12 февраля 1992 года находился среди прочих интернированных с планеты Земля в спецлагере звездной системы РАУ-Х2212 (идентификация проводится), где проходил тройной спецкурс общей условно-резидентурной подготовки… без права вмешательства во внутренние процессы и повлечения их изменений. Создание плацдарма по плану подготовки не преследует военных целей, вместе с тем общее восприятие общеземной цивилизации имеет место крайне негативная оценка. Цель направленных действий агента в совокупности с аналогичными представителями резидентуры – ослабление потенциала общеземной цивилизации (блок-запись: диск 14212/и)… Адреса, явки, агентурная сеть на Земле в память не заложены… Исходя из массовости и многоступенчатости подготовки, а также серийности… отлаженная система подавления и предуготовления сети стационарных приемных плацдармов…»

На этом документ обрывается. Но и сохранившегося текста вполне достаточно, чтобы сделать однозначные выводы. Как неоднократно, официально заявляла Комиссия по Контактам, на Земле регулярно пропадает до несколько десятков тысяч детей в год. Все эти исчезновения происходят при вполне земных, реальных обстоятельствах, но никогда почему-то не находятся тела погибших. Комиссия уведомляла общественность, что инопланетная цивилизация «плоских дисков» (Вторая цивилизация ХВ) наладила использование земных человеческих индивидуумов в качестве исходного материала для подготовки своих агентов на Земле. По нашим уточненным сведениям на настоящий момент агентурная сеть системы РАУ-Х2212 является самой разветвленной сетью на Земле и насчитывает до ста восьмидесяти тысяч прямых и трехсот тысяч косвенных агентов. Цель агентурно-резидентурной сети – ускорение гибели земной цивилизации. Причем, по законам внеземной этики цивилизация, не представляющая ценности, должна быть уничтожена руками представителей самой цивилизации. Не оставляет сомнений, что использование инопланетянами «наилучшего» в интеллектуальном и биоактивном смысле «человеческого материала» привело к тому, что практически вся система земной управленческой власти (на настоящий период уже существует так называемое тайное мировое правительство и оно обладает всей полнотой власти над миром) насквозь пронизана влиянием извне – не менее 30 % наиболее активных представителей власти являются резидентами. Земля практически обречена… И все же не будем спешить с выводами. У земной цивилизации есть еще впереди десять – двенадцать лет.

Комиссия КНС.

Изогалактика

Миры Юрия Петухова

Ночные призраки

Кровавыми злодеяниями во всех странах СНГ был отмечен проходящий июль. На рост преступности неожиданно большее влияние оказали… больные лунатизмом. Чрезвычайно высокий процент истерзанных и задушенных женщин выпал на ночи полнолуния. Одинокие путницы подвергались внезапным нападениям, беспощадному преследованию. Татьяна Шевелева, студентка двадцати двух лет, москвичка, случайно уцелевшая после встречи с «ночным призраком», вспоминает: «Я возвращалась с дружеской вечеринки, мой парень не мог меня проводить – он был совершенно пьян и по этой причине остался ночевать у моей подруги Кристины В. Я не испытывала страха, потому что мне часто приходилось возвращаться по ночам домой и никто ко мне не приставал. На этот раз все было иначе. Какая-то белая тень выплыла из-за угла. Я не сразу разглядела, что это был мужчина средних лет, голый, в одних трусах. Он шел прямо на меня, выставив вперед руки. Смотрел куда-то вверх. Я быстро перебежала через дорогу. Но он последовал за мной. Я сняла туфли на каблуках и бросилась бежать, кричать я не могла, горло перехватило. Возле серого дома на Марксистской улице он меня догнал, сбил с ног, начал рвать на мне одежду. У меня не было никаких сомнений в том, что это сексуальный маньяк. Глаза его были совершенно бессмысленны и безумны. Я поняла, что сопротивление бесполезно, что надо отдаться его воле, только тогда можно надеяться на спасение. Но это лишь ожесточило его. Он сдавливал мое тело с огромной силой, чуть не ломая кости. Я была в полуобморочном состоянии, но все же успела достать из сумочки большие ножницы, которые всегда, носила с собой. Я с размаха вонзила их в глаза насильнику. Он вскочил, дико закричал и бросился бежать. Я долго лежала на месте преступления. Примерно через три часа приехала милиция. Еще через час меня забрала „скорая помощь“. На вторые сутки розыскали насильника – он лежал, весь истекающий кровью, во дворе соседнего дома. Ничего не помнил… Это было жутко!»

Почти во всех случаях насильники и убийцы задерживались довольно-таки быстро. Ими оказывались отнюдь не профессионалы, не рецидивисты и даже не бродяги-бомжи. Преступники были вполне добропорядочными людьми, отцами семейства или тихими холостяками, имевшими самые лестные отзывы по месту работы. Свыше трех тысяч истерзанных и убитых женщин с одной стороны, и добропорядочные граждане с другой. Но всех убийц отличало одно – они страдали лунатизмом в ярко-выраженной форме. Однако данная болезнь вполне безобидна и не приносит хлопот своим носителям. В чем же дело? Удалось установить, что все больные длительное время применяли новейший импортный препарат «Фермендон-дубль», рекламируемый как самый лучший транквиллизатор и бесценное психотропное средство. Преступления совершались под влиянием этого препарата, точнее, его побочных свойств. На вторую неделю после регулярного приема «Фермендона-дубль», больные начинали впадать в агрессивно-сомнамбулическое состояние, покидать свои дома и совершать в бессознательном виде самые дикие преступления. Все больные, за исключением убитых на месте преступления, оправданы. В настоящее время решается вопрос об ограниченной продаже психотропного препарата. Предприниматели, закупившие на Западе огромнейшие партии препарата, подали в суд, они требуют прекращения ущемления их прав на свободную торговлю и возмещения убытков. Рецидивы проделок «ночных призраков» дают знать о себе до сих пор. Мы не рекомендуем вам длительные прогулки по ночам.

Колдун-совратитель

Небывалым успехом завершилось блестящее турне по России нигерийского потомственного колдуна Вонго Свами-Дутанга. Колдун исцелял всех желающих от любых болезней. В отличие от прочих экстрасенсов он не «изгонял бесов» из тел российских женщин, а напротив – вселял в них «черного демона». Этот демон, проникнув в тело, по его словам, истреблял в нем все болезни и всех других вредных демонов. Женщины сходили с ума на сеансах знаменитого колдуна-гастролера. Массовые сеансы на огромных стадионах превращались в стихийные безудержные оргии – именно таким образом и действовал черный демон-целитель. Из города в город колдуна сопровождал женский коллектив от полутора до двух тысяч численностью. Женщины бросали мужей, семьи и везде следовали за своим исцелителем, приходя в чувственный экстаз от одного лишь его появления, от слова, от мановения руки. Ритмичные пляски-заговоры колдуна доводили их до органистического умоисступления. Из отборных исцеленных, преимущественно несовершеннолетних, колдун набрал себе гарем – более сотни красавиц, с ними он предавался «африканской» любви во время сеансов своего колдовства. Везде и повсюду колдун встречал самый радушный прием. Получив феноменальную прибыль, подарки, окруженный тысячами женщин, он покинул Россию. Однако в Нигерию колдуна пропустили лишь с десятью отобранными им наложницами. Остальные женщины не были пропущены как потенциальные разрушительницы традиционной нигерийской морали и добропорядочных семей. Будем надеяться, что тысячи женщин, не имеющих денег для возвращения в Россию, найдут себе хорошую работу в притонах Марокко, Турции, Туниса и Алжира.

С. Белецкий

Единственное желание

фантастический рассказ

Черный, синий, красный дым тек из реторт, расползался по столу, перемешивался, превращаясь в густую бурую массу. Великий ученый бросал в плавильный тигель все новые порции магического порошка. Из тигля сыпались искры, но великий ученый не замечал их. Бурый дым скрыл от его глаз тигель, как раз когда ученый уронил туда последние крупинки магического вещества. Дым над тиглем всколыхнулся и его прорезал яркий зеленый язык огня.

– Все как в Бессмертной книге, – взволнованно прошептал великий ученый. Пламя начало менять свою форму, раздаваясь вверх и вширь, и превратилось в огромную колеблющуюся массу. Великий ученый задрожал от ужаса и отпрянул от появившегося перед ним грозного лика. Мрачное лицо спящего демона неподвижно застыло над волнующейся бурой массой. Даже во сне лицо было искажено злобной гримасой. Изо рта демона торчали клыки, каждым выдохом он низвергал клубы смрадного дыма.

– О небо, помоги мне в этот великий день, – прошептал ученый. Он набрал полную грудь воздуха и крикнул – Проснись, о великий дух Хорах, повелитель всех духов. Восстань передо мною. Я вызываю тебя. Пробудись!

Демон открыл свои красные глаза, горящие неугасающим адским огнем и ученому показалось, что он будет сейчас прожжен насквозь.

– Кто ты, червь, – загрохотал голос подобно грому, – и как ты смеешь нарушать мой покой!

– Я ученый-химик и я вызвал тебя, чтобы потребовать…

– Укороти свой язык, червь! – зарычал демон. – Что такое ничтожество как ты может требовать у меня – повелителя всех духов!

Бурый дым заколебался и из него высунулась огромная когтистая лапа.

– Трепещи ничтожество, – гремел Хорах.

Ученый бросился в угол и схватил дрожащими руками ветхую книгу. Черная лапа, вырастая из густого дыма, тянулась к нему. Непослушными губами ученый начал читать заклинание. При первых же словах заклинания лапа дернулась и застыла в неподвижности, а затем стала оплывать как свеча. Черные капли падали на пол и тотчас же сгорали, распространяя удушливый запах. Лапа затряслась и снова втянулась в бурый дым. Зловещее лицо демона исказилось еще сильнее. Он выдохнул клуб дыма и произнес:

– Что же тебе нужно, несчастный? Старинное заклинание требует, чтобы я подчинился тебе. Я жду. Приказывай.

Ученый медлил. Мрачное лицо демона повелительно и злобно смотрело на него.

– Чего же ты хочешь? – снова загрохотал демон.

– В этой Бессмертной книге написано, – решился ученый, – что ты можешь исполнить любое желание. Так ли это?

– Да, это так, – заревел Хорах, – но только одно – единственное желание могу я исполнить для тебя. Знаешь ли ты это?

– Да, повелитель духов.

– А прочел ли ты в Бессмертной книге какую цену должен будешь заплатить за выполнение своего желания?

– Да, Хорах. Цена этому – моя жизнь.

– Смертный, – произнес повелитель духов, – подумай, прежде чем скажешь свое желание. Такие как ты живут только один раз.

– Я решил, великий дух.

– Всего двое несчастных тревожили мой покой до этой поры. Оба пытались обмануть меня, не заплатив! Один глупец попросил меня сделать так, чтобы любое его желание исполнялось. Я сделал так, но он умер прежде, чем успел что-нибудь пожелать. Другой потребовал у меня бессмертия, хотя знал, что как только его желание исполнится, он должен будет умереть. Я дал ему бессмертие. Его душа навеки неразлучна с телом, но само тело уже давно изъедено червями. Подумай над этим, смертный, – закончил повелитель духов, – тебе тоже не удастся меня обмануть!

– Мое решение твердо, о Хорах!

– Тогда говори и готовься к смерти.

– Повелитель духов, сделай всех людей счастливыми. Зловещее лицо демона захохотало.

– Ты хочешь изменить мир? Но скажи, мне, червь, какое тебе дело до всех тех, кто переживет тебя? Может быть ты думаешь, что они вспомнят о тебе, когда станут счастливыми?

– Нет, мне это не нужно.

– Не отрицай, скажи, что ты хочешь, чтобы тебя вечно помнили. Я могу сделать так, и о тебе станут говорить, как о боге. О каждом твоем поступке будут написаны огромные книги, твоему изображению будут молиться в храмах.

– Я прошу тебя сделать всех людей счастливыми.

Демон снова засмеялся, и его злобное клыкастое лицо затряслось в воздухе.

– А много ли смертных, по-твоему, достойны счастья? Я должен сделать счастливыми убийц? Я должен дать счастье маньякам?

– Ты дашь счастье всем людям.

– Каждый смертный хочет чего-то своего.

– Ты сделаешь счастливыми всех людей на свете. Я не изменю своего решения. Исполняй!

Изо рта демона вырвалось фиолетовое пламя.

– Я не терплю, когда мне приказывают, – рыкнул Хорах.

– Исполняй немедленно, – ученый положил руку на Бессмертную книгу.

Демон затрясся от злобы и произнес несколько слов на непонятном ученому языке. Человек, принесший миру счастье, закрыл глаза и приготовился к смерти.

– Что же ты? – раздался громовой голос.

Ученый открыл глаза. Он все еще стоял перед ужасным ликом повелителя всех духов и сжимал в руках Бессмертную книгу.

– Как, я не умер? Ты не выполнил приказа? – спросил он демона.

– Я все исполнил, глупец. Сейчас все смертные, кроме тебя, счастливы. И ты сейчас умрешь. Но прежде, не желаешь ли ты взглянуть на мир, преображенный тобой?

– Конечно, я хотел бы, – лицо ученого просветлело. – Если у меня и было предсмертное желание, так это посмотреть на новый мир.

– Смотри же, червь! – Демон выпустил изо рта клуб снежно-белого дыма. Дым рассеялся и ученый увидел Землю с высоты птичьего полета. Земля быстро приближалась. Перед взором изумленного ученого раскинулся его родной город – знакомые улицы, здания. Люди, идущие по улицам. Все улыбаются, смеются. Ученый увидел человека, который взобрался на подоконник и со смехом пританцовывал там, размахивая руками.

– Осторожнее! – крикнул ученый, но было уже поздно. Человек оступился и полетел вниз. Он упал на землю и остался лежать недвижим.

– О, силы небесные! – прошептал ученый, но никто не спешил на помощь несчастному, люди, улыбаясь, проходили мимо. Три девушки, пробегая по улице, остановились возле тела, лежавшего на земле, и со смехом стали тормошить его. Человек не шевелился и девушки, взявшись за руки, начали танцевать возле него.

– Что ты наделал, демон! – испуганно закричал ученый.

– Я выполнил твое желание. Смотри, они всем довольны.

Ученый видел перед собой бессмысленные глаза, неестественно улыбающиеся лица.

– Я же просил тебя сделать их счастливыми, а они… они же безумны!

– И поэтому счастливы. Ты действительно перевернул мир, ученый. И ты последний умрешь несчастливым.

Демон захохотал. Его красные глаза полыхнули огнем и ученый закричал, весь объятый пламенем. Он упал в бурый дым на стол, уставленный ретортами. Зазвенело разбитое стекло, со стуком упал плавильный тигель.

А демон все смеялся. Его смех вырвался из затхлого подвала и разнесся по городским улицам. Прохожие останавливались и весело вторили его громовым раскатам. Они не знали, чему смеются, но разве это важно. Они ведь были счастливы.

Полтергейст – нашествие чудовищ

От редакции. В течение месяца в нашу редакцию приходила пожилая, болезненного вида женщина, с измученным, лицом. Она начинала свой рассказ, но рыдания судорогами перехватывали ее горло… и рассказа не получалось. Дважды приходилось вызывать «скорую», женщину еле успевали откачивать. И все же она находила в себе мужество и приходила вновь. Наконец нам удалось выслушать исповедь Екатерины Сергеевны Тимохиной, пенсионерки, семидесяти двух лет, проживающей в Перовском районе города Москвы. Это была тяжелая история.

Все началось в мае этого года, началось неожиданно. Я проживаю в двухкомнатной квартире одна после смерти мужа. Квартира тихая уютная. Никогда нигде не текло, никаких шумов, за окном дворик, деревья, тишина. И вдруг начались ночные шорохи, стуки, скрежет. Я вставала, все проверяла…. ничего подозрительного не было. А я боялась воров, сейчас вообще по телевизору всякие страсти про преступников говорят и показывают. Не поверите, за неделю меня эти ночные шумы вымотали совершенно. И тогда я догадалась, пошла к знакомой врачихе. Та очень быстро, по-свойски всю меня обследовала, к другим врачам направляла… ничего не обнаружили: и с головой, и с нервами все в порядке. Спать я ложилась, а сама рядом клала старую чугунную сковородку. А тут еще кошка моя Нюська, стала какой-то ненормальной: вся взъерошенная, пугливая стала, глаза дикие. Раньше она гуляла сама по себе, самостоятельной очень была. А тут все жмется ко мне… или уходит надолго из дома и не показывается. Вот в ту ночь ее тоже не было. Разбудил меня шум на кухне. Вставать страшно, вдруг воры прибьют – пускай лучше забирают, чего им надо и уходят. Лежу, а душа в пятках, валидол под языком. Час шумят, второй… думаю, вот наглые! А потом все-таки встала, тихо-тихо пошла, на цыпочках. Из коридора заглянула на кухню – никого. И тут сахарница со стола и прямо на пол, разбилась. Я пригляделась, а ночь-то полнолунная была, все видно, а на полу лежат ложки, вилки, битая посуда. Я к окну – закрыто, стекла целые. Дверь проверила – на замке. И опять – чего-то грохнуло. И вот тогда я поняла сразу – это полтергейст, я сто раз слышала про эти штуки, даже показывали по телевизору. Но почему вдруг в моей квартире, ведь у меня всегда все тихо было! Я убирать не стала, а прямо утром – в милицию: так, мол, и так Они пришли, все обследовали, сказали, что преступников некому ловить, а вы тут со своими полтергейстами лезете, мешаете работать, а сами все так намекали, что, дескать, напилась и сама все побила и пороняла. Я на них сильно рассердилась и обиделась. Больше к ним не обращалась. Вызывала из ЖЭКа нашего, так меня обматерили… и все!

Я дверь в комнату, где спала, стала на щеколду закрывать, страшно. А шум и грохот каждую ночь. Не выходила четыре ночи подряд, боялась. И вдруг дикий визг. Я сразу не поняла, что это Нюська орет. Бросилась ей на помощь. И чуть не упала. Нюська висит прямо в воздухе посреди кухни и орет как резанная. Шерсть дыбом! Глазища горят! Когтями воздух полосует! Хвостом вертит! От страха у меня сердце застыло – думаю, какой-то дьявол в нее вселился, подойти нет сил.

А посуда бьется, шкаф мой шатается, гремит, как в землетрясении будто. Полотенца и тряпки посудные в воздухе летают. А Нюську спасать надо. Бросилась я к ней, ухватила рукой поперек и к себе тащу. Она мне всю руку исцарапала, не поддалась. А потом ее как об стену шмякнуло, вывернуло всю – она молнией с кухни вылетела. А мне уже не до нее, чувствую, как какие-то холодные волосатые руки будто касаются моей головы, шеи, спины, а ничего не вижу – нет никого, совсем нет! Я бегом с кухни, в комнате заперлась. А тут шум из другой комнаты, да еще сильней. Еле ночь пережила. Пошла к соседям. А они говорят что все тихо было – так, мол, еле слышная возня за моей стенкой, им это не мешает, дескать. Я в церковь ходила. Но так и не решилась исповедаться батюшке, непривычно мне это, муж коммунистом был, сама неверующая. А ночевать одной в страшной квартире не могу, хоть режь. Упросила нашего жэковского водопроводчика, чтобы он ночью посидел на кухне, пришлось ему две бутылки купить. Он сказал, что за бутылки хоть десять лет будет сидеть и полтергейстам этим покажет кузькину мать. Ночью на кухне и в комнатах был такой шум и грохот что я подумала убили его там. И впрямь, утром захожу: а он валяется под столом весь избитый, в синяках и крови. Проснулся когда, говорит, ничего не помню, наверное, сам ударился. На вторую ночь он остался, ночевал в другой комнате, бутылки опять выпил… а потом на меня все косился, будто подозревал, и сказал, что больше не придет ни за какие бутылки, ни за какие деньги, обозвал ведьмой старой. Чуть не прибил. На следующую ночь кто-то ломился в мою дверь, чуть не вышиб. Я уже окно открыла, думаю, буду прыгать со своего третьего этажа, но не дамся полтергейсту. Еле ночь пережила утром разгром был жуткий. А Нюська лежала в ванной, разорванная на две половины, я над ней проплакала битый час. Потом стала всех знакомых и дальнюю родню обзванивать, спасите, мол, все, нет больше терпения! Никто мне не верит. Но одна дала адресок, фамилию. Я бегом туда. А это какой-то центр аномальных явлений и каких-то контактов с кем-то. Меня выслушали и дали другой адрес и другую фамилию. Пошла я туда, на Никольскую, долго в закоулках найти не могла. Потом нашла. Человек там сидит, седой, глаза черные. Он сразу сказал – ничего рассказывать не надо. Полтергейст? Да, отвечаю. А он говорит, вам никто никогда не поможет, лучше уехать из Москвы, бросить квартиру. А мне ехать некуда. Тогда он сказал, что никуда со мной не пойдет, что ничего нового для себя он там не увидит, все ему и так знакомо, рисковать он не может. Но зато может научить видеть этих полтергейстов. Я согласилась на свою голову. Он ничего не делал, просто встал, положил мне руки на голову и чего-то сказал непонятное. Я оцепенела. А когда пришла в себя, он сказал, мол, идите, больше ничем он помочь не сможет. От денег он отказался. Посоветовал все ценности унести к родным или знакомым. Выпроводил. У него там целая очередь была.

После этого началась такая жуть, что сама не понимаю, как еще жива. Нюську я закопала во дворе, под деревом. На ночь ушла к соседке, через квартиру. Всего три ночи я у нее ночевала. А сама к своей двери подходила, ничего, кроме слабой возни, не слышала. А потом все-таки решила: нельзя дом бросать. И ушла на ночь к себе. Вот после этой ночи меня перестали к себе пускать не только соседки, а и родня моя дальняя, вид у меня сделался сумасшедший, сами знаете, все стали меня бояться и обходить стороной. Целый день я простояла в милиции бестолку, на все мои объяснения и плачи они только улыбались, а один принес ватрушку, пепси и две конфеты… А случилось ночью вот что. Легла я у себя, к двери стол придвинула, наложила на него всякого барахла, чтоб не открыли. Легла, а уснуть не могу, знаю – вот сейчас начнется все. И точно. Снова шум, грохот, снова кто-то в стену бьет, потом в дверь ломиться начали. Я сковородку в руке сжимаю, а сама в угол забилась у окна, занавеской прикрылась. На этот раз кроме грохота и шума какое-то шипение было и скрежет страшный. И вот тогда я впервые увидела их… Из-под двери медленно так высунулся вдруг хвост как крысиный, но большой, шевелится, ползет будто змея или червяк. Мохнатый! Я сразу все вспомнила! Это они меня трогали на кухне! А хвост этот извивается, вытягивается и ко мне ползет. Надо было прыгать в окно. Но со мной столбняк от страха случился, окаменела и сил нет, сковорода выпала из рук А этот хвост гадкий подполз ко мне, обвил ногу, лезет выше, холодный, скользкий, но не давит, а только касается кожи. Дополз он до шеи, обкрутился вокруг, а потом начал голову обвивать. Страху я натерпелась жуткого, как жива осталась, не знаю. Ничего не вижу, не слышу, вся в холодном, мохнатом, трясущемся черве этом. И вот когда он меня всю опутал, тут и сжал вдруг кольца, да так шибануло по всему телу, что сильнее тока электрического. А как шибануло, червь сразу вниз упал, замер. Открыла я глаза и обомлела. Вся комната была в таких хвостах, только это были не хвосты, а как щупальца, и все они куда-то лезли, все сбивали, роняли, толкали и трясли. Вот он, полтергейст. Я все сразу поняла. А эти щупальца даже из стен и потолка лезли. Лучше бы этот экстрасенс меня не трогал, лучше б я их никогда не видала. Эта ночь была кошмаром!

На другой день в милиции я даже уснула. Они, наверное, меня за больную приняли. Я б и сама кому другому никогда б не поверила. Пришла я домой в восемь, еще совсем светло было. Пошла в ванную – а там, Бог ты мой, эти хвосты-щупальца кишмя кишат. Днем при свете! Я смелости набралась, схватила палку, чтобы белье вешать, и начала их бить, ворошить… разворошила кучу, а там труп собаки, я сразу и не смекнула, что это соседский Рэгги, толстенький такой пес, рыжий. Они его жрали! Я не о нем, я сразу о себе – а почему они меня не сожрали?! Может, они людей вообще не трогают? Пошла я на кухню, чайник полный поставила. А как вскипел – обратно в ванную, и ну их шпарить кипятком. Только зря! Они на мой кипяток ноль внимания.

А ночью дверь мою сшибло с петель, сервант опрокинуло. Хвосты эти были везде. Меня они не трогали, только касались и уползали, но все другое они крушили без разбора. Я к ним даже привыкать начала. Но тут прямо передо мной один хвост надулся шаром, набух и лопнул. И выползла из этого нарыва такая гадина, что и сравнить не с чем. Как жаба, но страшней в тысячу раз, ростом с ребенка десятилетнего. И уставилась она на меня синими-синими глазищами, круглыми и без белков. Меня трясло безостановочно, потом рвать начало до желчи, до крови. А она все смотрит и смотрит. Перед самым рассветом она придвинулась вплотную и черным языком прямо в лицо мне. Язык огромный, от него жар. Я в крик, а голоса нет. А тут еще три таких гадины, и все смотрят на меня. Я без чувств повалилась. Проснулась только в двенадцатом часу. Везде разгром, слизь какая-то и на полу, и на стенах, и на потолке. Я бегом из дому, в центр этот. Прислали они двоих. А те на меня набросились, чего, мол, зря гоняла, ничего нового нет, эта картина сотни раз уже имела место какое-то, все известно, в таком духе. Вместо того, чтобы помочь мне, я ж виноватой и оказалась. Они ушли, только слизь соскребли немного в банки свои. Вот тогда я к вам в первый раз пришла, да нервы мне ничего уже толком сказать не дали. Деваться некуда, хоть в богадельню из своего дома беги. Но я все надеялась, что уйдут они от меня, полтергейсты проклятые, чего им у старухи взять! Каждую ночь ждала!

А как вернулась – эта гадина сидит в темном углу и глядит. А под ней лужа слизи. И дверь не закрыть, она валяется на полу, вся искуроченая. Упала я в прихожей – и как в бреду, ничего уже не помнила, всю ночь по мне кто-то ползал, кто-то слизью мочил, глазели, скрежетали в уши, вонь какая-то шла, все как в бреду. И весь день я провалялась. И всю другую ночь. Я на себя потом в зеркало глядела: да разве ж я была такой безумной патлатой старухой? В таком виде вообще никуда не сунешься! Вот как бывает, пока все нормально – и вид у тебя хороший, и верят тебе и помочь готовы, но как чего случится – сразу как за бортом, никому не нужен, никто не верит, все отворачиваются!_

И все же за эти две ночи я немного притерпелась к ним, смирилась. Такого лютого страха как в начале уже не было. И вот тогда-то все только и началось. Опять возникла из нарыва жаба, опять глазела. А потом прямо в паркете вдруг вспучилось что-то, прорвалось и дыра какая-то получилась. В дыре этой кишмя кишат гадины всякие. А жаба меня языком притянула к краю, сбросила вниз… вот где я подумала, что с ума сошла. Ведь под полом соседи, что на втором этаже. А я не к соседям попала, а в болото какое-то змеиное. Везде хвосты и щупальца, все чужое, страшное, а меня положили на мокрое, круглое, и шесть гадин стоят и смотрят. Молчат. Я глаза терла, щипала себя, но ничего не пропадало, это был не сон.

Они держали меня так долго, что уже ночь давно кончилась и день прошел. Я ничего понять не могла, зачем они меня утащили. А сама все Бога молила – только б не разорвали как Нюську, только б не сожрали как пса соседского. А потом смекнула, что они соображают, что я человек, а не тварь животная. Только толку от этих моих догадок не было. Я лежала и думала, что если удастся вырваться из их лап, все брошу к чертовой матери, уеду из Москвы куда глаза глядят. А они меня как прожигали чем-то, как прощупывали и в теле и в голове, в голове больше. Только никаких приборов у этих жаб не было, они просто смотрели. А у меня будто внутри головы кто-то копошился, ползал. Выпустили они меня на четвертый день, я потом по календарю проверяла и по телевизору, не ошиблась. Но никуда убежать я не могла. Три дня лежала в лежку, и никто не появлялся, никаких полтергейстов не было. А потом снова началось: хвосты лезли, набухали, рвались, а из них не жабы выползали, а множество мелких гадин, совсем крошечных, они везде расползались, многие вообще из квартиры уползали, многие в трубы залезали, в водопровод и в канализацию, в газовые трубы даже через конфорки. Я снова к врачихе бегала, та психиатру меня показывала – ничего.

По ночам моя квартира стала заполняться каким-то зеленым туманом, может быть, паром или дымом. Я почти ничего не видела, в воздухе постоянно кишели какие-то твари. Потом я начала ощущать, что мне приказывают что-то делать. Например, встать и открыть окно. Я вставала открывала – и тут же прямо в воздухе появлялся горящий шар, он вспыхивал внезапно, уменьшался почти до точки и пропадал в ночной темноте, эти твари как-то выбирались наружу. Меня это почему-то не пугало, пускай и другие поймут, что не врала! Они меня заставляли уходить из дома на два-три дня, а сами что-то все время делали, даже кирпичная стена была полуразвалена, из комнаты можно было перелезть в кухню. Никто не хотел мне помочь. Эти страдания такие, что не дай Бог никому…

От редакции. Наши сотрудники побывали в квартире Екатерины Сергеевны на Новогиреевской улице. Все увиденное произвело тягостно впечатление. Разгром, разрушения, налипшая по стенам, полу и потолку слизь совершенно неестественного происхождения – все подтверждало ее слова. Попытки обратиться куда-либо за содействием были безрезультатными: должностные лица боялись этого дома, этой квартиры и обходили ее стороной. Даже специалисты по контактам опасались предпринимать что-либо, объясняя это тем, что проникновение из иных параллельных миров в наш мир дело еще малоизученное и любая попытка вмешательства может привести к трагедии, к катастрофе – примеры имелись. По их данным, обычно через два-три месяца существа из иных миров сами закрывали «двери» в наш мир и уходили из него, в редчайших случаях подобное проникновение длилось годами. Но даже тогда оно никогда не пресекалось властями, армией, спецслужбами – возможность роковой, чреватой для человечества гибелью, ошибки мешала отдать волевой приказ, хотя, вполне возможно, что на сей счет имеются особые правительственные негласные установки: «НЕ ТРОГАТЬ! НЕ ВМЕШИВАТЬСЯ!»

Желающих остаться на ночь в страшной квартире не нашлось… Екатерина Сергеевна практически смирилась со своей участью. Редакция держит на контроле это аномальное явление. Но она вынуждена сделать вывод, что человечество пока еще не созрело для контактов с иными мирами, иным разумом.

Юрий Петухов

Тезисы президентской программы

Тезисы Президентской Программы Независимого Кандидата в Президенты России Русского писателя Юрия Петухова (продолжение)
ЭКОНОМИКА

ИСТОРИЯ ВОПРОСА. Экономическое развитие России всегда шло скачкообразно, по синусоиде. Причем подъемы однозначно следовали за периодами самостоятельного развития, без внешних влияний, спады всегда вызывались вторжениями (насильственными и ненасильственными) извне. Так, к примеру, все известное нам из учебников о «благотворных» реформах Петра I – это неправда. Существует очень точная пословица: «горе побежденному, его историю напишут победители». Историю петровских «реформ» писали те немецкие безграмотные лавочники и колбасники, которых он сделал адмиралами, графами и т. д. Для них он был безусловно «самым прогрессивным прогрессистом». России все следование западническим образцам, все слепо-тупое попугайничание принесло развал в экономике, горе, смерть, голод. Но весь запад нахваливал Петра – этот властитель России вполне устраивал западников. Восстанавливать разрушенную им экономику пришлось очень долго и очень тяжкими усилиями. Во все эпохи находилось множество иноземных «доброжелателей», которые беспередыху подсказывали нашим «просвещенным» царькам и генсекам, что и как вершить. Все их советы всегда, без исключений вели к ослаблению России, что позволяет делать однозначный вывод – советнички-«доброжелатели» действовали в интересах иных держав, а в целом – в интересах «мирового сообщества», главнейшей целью которого на протяжении последнего тысячелетия было ослабление и последующее уничтожение России, как своего потенциального врага. «Мировое сообщество», проводя незримую тайную войну против России, всегда действовало не просто жестко, но и чрезвычайно жестоко. Им финансировались все «революционно-демократические движения», «пятая колонна» внутри России. Стоило России начать экономически подниматься, как тут же принимались экстраординарные меры: так был зверски убит наемниками «мирового сообщества» царь-благодетель Александр II, в расцвете сил был умерщвлен один из умнейших и талантливейших людей мира император Александр III, готовились покушения на Николая II, инициированные «мировым сообществом» революции и «народные недовольства»… которые не смогли ослабить невероятно живучую Россию – экономического колосса конца XIX-го – начала XX-го веков. Только одновременное исполинской мощи внешнее и внутреннее вмешательство пошатнули Империю Добра и Справедливости, оплот мира на Земле. Иноземно-большевистская сволочь, как ей было приказано извне, начала с. разрушения экономики России – варварского, дикого, беспрецедентного. Освободиться от иноземного ига Россия смогла частично лишь перед Великой Отечественной войной – взрывное развитие экономики насильственно сдерживаемое иноземными властями и их советниками, в считанные годы привело к превращению России в одного из мировых титанов (точнее, к возвращению в свое естественное состояние). Хрущевские прозападнические «реформы», проводимые под диктовку «пятой колонны», управляемой из ЦРУ, привели к хаосу, снижению темпов развития, кризису. Снятие «реформатора» и отказ от советников из «мирового сообщества» вновь привел к бурному росту всех отраслей и выходу России в ранг супердержавы с неизмеримо-колоссальнейшим экономическим потенциалом.

АНАЛИЗ ПОЛОЖЕНИЯ В НАСТОЯЩЕМ. Утраты Россией своей государственности, суверенитета и переход ее в разряд колоний, управляемых из метрополии, привели ее к соответствующим результатам. На протяжении последних лет Россией управляет колониальная администрация, основной целью которой помимо истребления коренного населения является полное уничтожение российской экономики и всего хозяйственного механизма – это относится и к сельскому хозяйству и к инфраструктурам. Все объяснения, что наши «экономисты» постоянно ошибаются и не могут предугадать последствий своих «экономических» шагов, не выдерживают ни малейшей критики. Хозяйство огромной страны, сверхдержавы при содействии «советников» из «мирового сообщества» уничтожается последовательно и целенаправленно. И это спланированное уничтожение не имеет ни малейшего отношения к переходу на «рыночные отношения», к капитализму от социализма и т. д. Это все слова, прикрывающие действия. А действия – разрушение экономики России с целью полного и окончательного уничтожения потенциального соперника и использования его богатейших ресурсов по своему усмотрению.

ПРОГРАММА ВЫХОДА ИЗ КРИЗИСА. Немедленная остановка всех без исключения «реформ». Выдворение западных и восточных советников из страны. Снятие с ведущих постов проводников прозападной колониальной ПОЛИТИКИ разрушения экономики России. Разрыв всех договоров с иными странами, заключенных в годы «перестройки» и «реформ». Восстановление народного хозяйства. Централизация – как высшая форма существования и развития экономики. После полного восстановления структур и механизмов уровня 1984-85 годов – постепенный, эволюционный, безшоковый, параллельный (без разрушений и «перестроек») переход к «рыночным» отношениям в промышленности и сельском хозяйстве. На переходный период полностью перекрывается перекачка на запад и восток российских национальных богатств: нефти, газа, леса, золота, алмазов, пушнины, платины, рыбы и т. д. Одновременно должен быть с полной определенностью поставлен перед западом вопрос о возвращении России долгов на многие сотни миллиардов долларов (из России на протяжении десятилетий вывозилось практически бесплатно все – от художественно-исторических национальных сокровищ до триллионов кубокилометров российского газа, за который получали лишь германские трубы, по которым этот газ утекал в ту же Германию).

История показывает, что при естественном ходе развития России нужны считанные годы для достижения сверхблестящих результатов. Два-три года неограбления России приведут к феноменальному росту по всем показателям – сотни миллиардов долларов останутся в стране, будут решены навязанные нам проблемы с дефицитом бензина, масел и т. д., а отсюда и все остальные проблемы.

Процесс ускоренного разрушения российской экономики колониальными властями пока еще обратим. Но через шесть-восемь месяцев распад и развал будет доведен до стадии необратимости. Многие питают иллюзии, что при западных хозяевах они станут жить лучше. Это очень наивные мечтания. Западным хозяевам русская рабочая сила не нужна. Именно с этой целью проводится истребление коренного населения.

ВНЕШНЯЯ ПОЛИТИКА

ИСТОРИЯ ВОПРОСА. Всегда и повсюду при соблюдении национальных интересов Россия была гарантом мира и стабильности на земном шаре. Именно Россия не допускала дикие орды с Востока в Европу, Россия сокрушила вандала Карла XII, терроризировавшего Европу, Россия усмирила палача Европы Наполеона, закабалившего полмира, Россия освободила мир от гитлеровского ярма, только благодаря России на карте мира появились Соединенные Штаты Америки – если бы не решительная позиция России, эта колония до сих пор бы находилась под английской короной и т. д. и т. п. – примеры можно приводить до бесконечности. Пока кони русских казаков пили воду из Сены, мир на планете был обеспечен. Стоило только России утрачивать свои позиции – повсюду разгорались чудовищнейшие войны, вершился самый варварский геноцид – пример тому: дичайшая грызня, которая разразилась и в Европе и в Азии после вывода оттуда российских войск, после предательства кликой Горбачева российских национальных интересов (за что указанный деятель получил от лицемерного «мирового сообщества» нобелевскую «премию мира»). АНАЛИЗ ПОЛОЖЕНИЯ В НАСТОЯЩЕМ. Собственная внешняя политика у России на настоящий момент отсутствует. Как колония, управляемая «мировым сообществом», она осуществляет целиком и полностью последовательно и планомерно внешнюю политику «мирового сообщества», прежде всего США, Израиля, Англии. Разрушены многовековые связи с союзниками, расчленена держава, стоят вопросы о передаче исконно российских земель иностранным государствам.

ПРОГРАММА ВЫХОДА ИЗ КРИЗИСА. В первую очередь – немедленное и безоговорочное восстановление целостности России, возвращение ей всех территорий, переданных колониальной администрацией искусственно созданным «правительствам» и «администрациям», возвращение шельфов Тихого океана, незаконно «подаренных» Горбачевым Соединенным Штатам, немедленное снятие всех вопросов о возможности передачи островов и других территорий иным государствам, как абсолютно беззаконных (российские земли не имеет права ни дарить, ни продавать, ни передавать ни один из администраторов, будь то император, генсек или президент, земли не являются предметом купли-продажи, президентам они не принадлежат и распоряжаться ими президенты не имеют права, передать или подарить президенты и их чиновники могут лишь собственные, личные дачи, и то лишь после проверки законности их приобретения. Никто и никогда не давал права никому распоряжаться Русской землей).

Все проводники антироссийской внешней политики должны быть немедленно отстранены от должностей, все договора, заключенные колониальной администрацией по указанию извне, должны быть незамедлительно расторгнуты, как не имеющие юридической силы.

Должны быть в самые короткие сроки восстановлены союзнические отношения с Индией, Ираком, Югославией. В целях обеспечения проведения российской национальной ПОЛИТИКИ должны быть в кратчайшие сроки восстановлены Средиземноморская, Тихоокеанская флотилии, Северный флот и прежде всего подводный атомный. Сила и мощь России – это гарантия мира во всем мире, так было во все времена. Однополюсный мир, во главе с США – «мировым жандармом», приведет в самое ближайшее время к чудовищнейшим всемирным трагедиям. Во имя спасения мира мы обязаны восстановить мощь нашей Державы. Верить в басни о «миротворчестве» США и ООН – сверхнаивно! При их прямом вмешательстве по всей планете идут кровавые войны, сеется смерть, обстреливаются ракетами мирные города, вырезаются с садизмом и зверской жестокостью целые народы. Обуздать агрессивный альянс «мирового сообщества» в силах только независимая великая и могучая Россия.

ПРЕСТУПНОСТЬ

ИСТОРИЯ ВОПРОСА. Преступность как таковая не имеет корней в российских традициях, в русском национальном характере. Преступность во всех ее проявлениях на протяжении веков и тысячелетий заносилась в Россию извне, развивалась в среде отбросов общества и культивировалась при режимах иноземной прямой ИЛИ косвенной власти, или уничтожалась, сводилась практически к нулю при власти национальной. Дикие взрывы преступности (при негласной поддержке ее извне) всегда наблюдались в смутные времена: в годы польско-шведских интервенций, в правление масонского ставленника Питера I, во время наполеоновского нашествия… особых размахов достигала преступность при кровавом режиме иноземно-большевистской сволочи, использовавшей преступный сброд в своих целях, сплошь и рядом шедшей с этим сбродом на прямое соглашательство и совместные действия по истреблению коренного населения (латышские банды, банды Махно, банды Котовского, одесские банды, банды «интернационального» преступного сброда, слетевшегося пировать в умирающей РОССИИ как воронье со всего «цивилизованного» мира и т. д.) Перед Великой Отечественной войной преступности был дан основательный бой – в результате частичного восстановления российской исторической власти в России преступникам в 1930-50-х г.г. пришлось основательно потесниться. Очередной взлет преступности прослеживается во время «хрущевской оттепели» – при поддержке «пятой колонны» и по заданию внероссийских центров (во многом на их средства) преступность росла как на дрожжах. Перед началом «перестройки» преступности был дан «бой», носивший форму очередной кампании.

АНАЛИЗ ПОЛОЖЕНИЯ В НАСТОЯЩЕМ. Колониальная администрация, как и ее внешнее руководство заинтересованы в постоянном росте преступности в колонии. Этим отвлекается население от возможной национально-освободительной борьбы, этим фактором население удерживается в постоянном стрессовом состоянии. Преступность всячески культивируется властями, не исключено, что основные мафиозные кланы поддерживаются и финансово, ибо именно они (как абсолютно инородные прослойки) должны будут обеспечить подавление возможных народных восстаний, голодных бунтов, забастовочного движения. У соответствующих органов имеются все данные обо всех преступных кланах в России, в том числе и о кланах из «суверенных» иностранных государств Закавказья и Средней Азии. Однако не делается абсолютно ничего, для того, чтобы приостановить преступную деятельность кланов, напротив, границы открыты, ввоз оружия практически неограничен, если возникают местные российские группировки (типа отрядов местной самообороны), которые пытаются защитить коренное население от притеснений заезжих кланов, эти отряды (с подачи самих кланов) немедленно обезвреживаются, задерживаются – об успехах борьбы с ними широко вещает пропаганда (хотя на деле уничтожают тех, кто пытается остановить преступность). Все это и позволяет делать выводы, что колониальная администрация кровно заинтересована в росте преступности, в дислокации во всех крупных городах и прежде всего Москве и Петербурге мощнейших иноземных преступных группировок (большевики также для подавления населения держали латышей и китайцев). Надеяться на снижение роста преступности при колониальной администрации было бы несерьезно.

ПРОГРАММА ВЫХОДА ИЗ КРИЗИСА. Борьба с преступностью может быть проведена сверхэффективно и в самые короткие сроки, причем эта борьба будет завершена полным уничтожением преступности в России (за исключением преступности «пьяной», «бытовой», которая будет сокращена в сотни раз, и преступности, носящей психопатологический характер). Все приемы борьбы не подлежат раскрытию. Но пример можно привести. На протяжении столетий Россия была фильтром, который просеивал все преступное, идущее в Европу и остальной мир из Азии и Закавказья (основных криминогенных районов). Это слишком дорого обходилось России и слишком дешево Европе. При условии «железных» границ вполне возможно обеспечить упрощенное проникновение преступного элемента транзиток через Россию в Европу, более того, способствовать этому процессу, не давая преступным кланам оседать в городах и поселках России, принося ей чудовищные беды. Хватит уже России быть добровольным «фильтром», пусть Европа сама решает свои проблемы. Преступные кланы, перед которыми встанет вопрос: или сверхсуровые условия существования их банд в России, или свободная инфильтрация в Европу, Штаты и Азию, выберут последнее…

Что касается коррупции и должностных преступлений, их можно остановить только одним путем – введением особого положения со всеми вытекающими последствиями. Организм колонии созрел для хирургического, предусмотренного законодательством вмешательства, и это вмешательство должно быть произведено. Грабеж державы необходимо пресечь решительно и силовыми мерами.

Владислав Панфилов

Последний русский

(сон)

Россия – кладбище, уходящее в Бесконечность.

Он шел среди распахнувших объятия крестов.

Он шел под гиений хохот дебильно-радостных иностранцев, сверкавших соплями фотовспышек.

Бездонная свежеродившаяся Могила ждала…

Далекий клочок голубого неба.

Хищными черными птицами ударили в грудь комья земли.

Однажды Бог распылился в человечестве.

Как в темницы попал Он в плоти людские и с тех жаждет ВОСКРЕСЕНИЯ СВОЕГО.

Не восстановления в прежнем «Образе и Подобии», а Нового Рождения через слияние всех душ человеческих.

Что есть наша жизнь, как не Преображение Господне?

Он пришел к нам холодным Словом, а остался в нас страстной Молитвой.

Уползает в Бесконечность кладбище.

Поскрипывает, будто плачут, кресты.

Россия мертва – как Сон.

Невозможно восстановление БЫЛОЙ РОССИИ.

Но грядет Новое Рождение Ее. Мы ДОЛЖНЫ были ПОТЕРЯТЬ Россию, и, как Христос, быть предаными; как Христос, быть распятыми; чтобы, как Христос, явиться миру в ПРЕОБРАЖЕНИИ СВОЕМ – не народом, а Истоком Богочеловечества! Он не умер.

Он чувствовал, как Тело Его становится землей, а Земля – Его Телом, как Душа Его, принявшая в Себя души Всех Убиенных Русских, обращается в Семя, из которого – Однажды в Будущем – произрастет Древо Жизни, чьи плоды и листья послужат народам для ИСЦЕЛЕНИЯ.

Ночь – тихая как Молитва.

Заросшая крестами Планета, в глубине которой еле слышимое биение Зарождающейся ЖИЗНИ…

Надежда Никитина

Кошмары в родильном доме

рассказ ужасов

Эта столь жуткая история случилась в одном из центральных родильных домов. Началось с того, что среди ночи привезли роженицу.

Ее подобрали на вокзале. Откуда и куда она ехала, выяснить так и не удалось, потому что на все вопросы роженица упрямо молчала, угнув книзу косматую голову. По виду ей было не больше двадцати, хотя вульгарно накрашенное лицо ее носило следы всех пагубных страстей. Уже в приемном покое, в перерыве между, схватками, больная достала из кармана пачку сигарет и начала было прикуривать, но пожилая нянечка с возмущением вырвала у нее беломорину:

– Дитя бы пожалела, распутная! Успеешь еще, накуришься.

– А чо? – покосилась роженица. – Вон за ноги его, да об стенку!

Бедная нянечка так и отшатнулась. Роженица сидела на кушетке, вульгарно раскинув ноги в фильдеперсовых чулках, из-под короткой юбки торчали желтые портки на резинках. Когда ее стали раздевать для процедуры, из кармана выпала початая бутылка водки и разбилась на кафельном полу.

– Эх, такое добро мне спортили! Когда еще доведется теперь! – с сожалением заметила больная, подняла с пола чудом сохранившееся донышко от бутылки и опрокинула в рот его содержимое. Акушерка не успела воспрепятствовать этому и только всплеснула руками.

– Я позову доктора! Больная, вы ведете себя неподобающе! – вскричала она.

Но тут роженицу скрючили схватки, и она упала с кушетки на пол. Нянечка бросилась к телефону, а от роженицы раздался громкий отвратительный звук. Доктор с двумя санитарами подоспели как раз в тот момент, когда нянечка, ругаясь, шваброй протирала забрызганную стену и поливала водой из шланга испачканную роженицу.

Когда больную под руки тащили наверх, сумели выяснить, что зовут ее Нинкой и ехала она к своему возлюбленному, которого неделю назад забрали в армию.

– Тяжко было, вот и не доехала, – пояснила она без зазрения совести медсестре, которая списывала с нее личные данные. – Вот избавлюсь от тягости и дальше поеду. Уй-юй-юй-юй-юй! – тут больная схватилась за живот и стала сползать со стула.

– Похоже, рожает уже, – сказала одна из акушерок – Таким всегда легче других дается.

И Нинку поволокли на стол. Дорогой больная опять обмаралась и изгадила весь коридор. Рассерженные акушерки, матюгаясь и подсаживая роженицу под бока, взгромоздили ее на стол и принялись готовить инструменты. Роженица выгибалась в дугу, закатывала глаза и так громко орала, словно ее резали без наркоза.

– Да замолчишь ли ты, проклятая! – кричали акушерки, зажимая уши.

Давно они не принимали такой горластой роженицы. Вдруг крики внезапно стихли, а через некоторое время раздался пронзительный плач новорожденного.

– Готово? Не может быть, родила! – акушерки бросили свои дела и повернулись к молодой матери.

Как повернулись, так и застыли, сраженные наповал открывшимся им отвратительным зрелищем. Да, молодая женщина уже родила. Видно было, что освободившись от бремени, ей сразу полегчало, – она уже не лежала, а сидела на столе и, вытаращив глаза, почему-то шарила под собой обеими руками. Задушенный писк новорожденного младенца доносился откуда-то между ног мамаши. На глазах у оторопевших акушерок роженица дотянулась до собственного последа, ухватила его за длинную, свешивающуюся до самого пола сизую кишку и подняла в воздух, как бурдюк с красным вином. Акушерки качнулись в ее сторону, будто маятники, но с места так и не сдвинулись. А роженица широко разинула рот, опустила туда послед и смачно принялась жевать, чавкая и причмокивая – кишка вульгарно торчала у нее изо рта.

Еще не прожевав, она уже нагнулась за младенцем, но тут самая шустрая акушерка тигрицей бросилась вперед и хотела выхватить младенца у кровожадной мамаши. Ей удалось схватить ребеночка за ножки, но и мамаша ухватила его за головку. Бедное дитя пронзительно вскрикнуло, захрипело и забулькало – пальцы роженицы сомкнулись на тонкой шейке и принялись крутить ее, как решетку семечек. Тут подоспела вторая акушерка и ударила роженицу подкладным судном по спине. Та вякнула и выпустила младенца, но было уже поздно. Тоненькие ножки и ручки новорожденного бессильно повисли, головка свернулась набок, и две капельки крови показались из ушей. Акушерки бросились с мертвым дитем прочь, громко зовя на помощь. У дверей родильного зала одна из них обернулась – роженица сверлила налитыми кровью глазами, и с губ ее капала розовая пена. Последнее, что увидели убегающие акушерки – молодая женщина низко наклонилась над тазом, в который собирали донорскую кровь – послышалось гнусное чавканье.

– Людоедка в родильном зале! – страшная весть донеслась до ординаторской, где дремали на ночном дежурстве доктора. Наспех запахивая халаты, врачи и медсестры мчались в родильный зал. Но они опоздали. Роженицы уже не было в зале. Из дверей по коридору вела длинная цепочка кровавых капель. Бросились по следам. Кровавые следы вели почему-то куда-то наверх. На лестнице обнаружили отпечаток босой ноги людоедки. Следы довели до чердака, а там оборвались. Можно было подумать, что людоедка вылетела в трубу.

Тот час же вызвали милицию. Как всегда, милицейской машины ждали больше часа. Там решили, что сообщение о людоедке ни что иное, как розыгрыш, и поэтому не спешили. Пришлось звонить еще раз. Наконец милиция приехала. Ринулись прочесывать больницу, когда услышали вдруг отчаянные крики из детского отделения. Кричали две молоденькие дежурные медсестры. Они выбежали с перекошенными лицами, в сбившихся набок белых шапочках и измятых халатах.

Оказалось, в детском отделении случилось непоправимое. Под утро обе сестры засыпали на посту, а в палату в это время пробралась людоедка. Она вытаскивала новорожденных из кроваток, вытряхивала из пеленок и скручивала головы, как курятам. Людоедка съела лишь двух или трех младенцев, а передушила более дюжины и набросала в углу целую кучу. Трупики еще не остыли – убийца скрылась только что и не могла уйти далеко. Началась плановая охота.

Так прошел целый день. В холле у парадных дверей оставили дежурить двоих милиционеров. Один из них часам к десяти задремал, а другой мерил шагами вестибюль– взад-вперед, взад-вперед. В этот вечерний час внизу было тихо. Приемные часы закончились, удалось даже выставить разгневанных папаш, которые громогласно требовали выяснить обстоятельства смерти бедных новорожденных и наказать виновных. С верхних этажей доносились крики и рыдания матерей, лишившихся своих чад.

Вдруг милиционеру показалось, что за окном на улице промелькнула чья-то черная тень. Он разбудил напарника, и оба выскочили на больничный двор.

– Смотри, наверно, это и есть людоедка!

– Она самая! Догоняй!

Приземистая женская фигура с большим животом мчалась по алее по направлению к моргу. Откуда она выскочила, сейчас выяснять было уже поздно. Милиционеры кинулись в погоню.

В это время с черного хода больницы вынесли накрытые белой простыней носилки. На них лежала одна из родильниц, только что скончавшаяся – бедная мать не перенесла известия о смерти своего первенца, с нею случился сердечный приступ, и в суматохе врачи опоздали с помощью. Тело уже сносили по лестнице, когда шедшего сзади санитара кто-то толкнул в спину, он опрокинул носилки, и все вместе – санитары, мертвая и носилки – покатились по лестнице. Людоедка упала откуда-то сверху и поехала вниз на носилках, как на санках с горы. Один из санитаров во время падения свернул себе шею и так остался лежать на полу с неловко подвернутой ногой и выброшенной вперед рукой.

Воровато оглядываясь назад, людоедка торопливо зарыскала от одного мраморного стола к другому, приподнимая клеенки, которыми были накрыты мертвые. Она бессовестно сбрасывала покойников наземь, пинала и топтала ногами, шарила по столам и, наконец, нашла то, что так упорно искала. На одном из столов, прикрытые рогожкой, в рядок лежали мертвые младенцы. Людоедка облизнулась и схватила крайнего. Сырое, без соли, усопшее мясо было не очень вкусно, но людоедку терзал зверский голод. Она оторвала и запихала в рот сначала одну скрюченную тоненькую ручку, потом другую, одну за другой оборвала кривые ножки – целый пучок их торчал изо рта людоедки. Смачно прожевав, она выплюнула кости и, ухватив жалкое тельце обеими руками поперек, принялась обгладывать его, как кукурузный початок. Таким образом людоедка расправлялась уже с четвертым младенцем, гора обгрызанных костей под ней росла, когда наверху лестницы появился милиционер с револьвером в вытянутых руках.

– Стой! Руки вверх! – грозным голосом крикнул он.

Нет бы ему сразу стрелять, но он решил взять людоедку живьем. Но как бы не так! Убийца схватила очередного младенца за ножку, но есть не стала, а, раскрутив над головой, пустила по воздуху, ловко сшибив им милиционера с верхней ступеньки лестницы. Милиционер покатился вниз, а в дверях появился еще один, и тоже с пистолетом. И снова – бум-м! Людоедка метала мертвых младенцев, будто бомбочки – два из них уже взорвалось, ударившись о мраморную стену – там осталось два мокрых пятна.

Злодейка кинулась прочь из морга, сломя голову. Путь был открыт, но жадность ее одолела. Сначала она прихватила подмышки пару младенцев, но потом добыча эта показалась ей слишком скудной. Она побросала младенцев и, вцепившись в мертвую женщину, потащила ее за ноги на улицу. За людоедкой бросились было в погоню, но столб огня и дыма, вырвавшийся из окон верхнего этажа родильного отделения, остановил преследователей.

– Родильное отделение горит!

С четвертого этажа больничного корпуса доносились отчаянные крики. Окна наверху распахивались, и оттуда высовывались женщины с перекошенными смертельным ужасом лица– Спасите! Помогите!

– На помощь!

Истошные призывы о помощи раздавались в ночной тишине. Пламя пробило крышу и вырвалось в небо громадным факелом. Крики родильниц перешли в дикий предсмертный вой. Спасаясь от огня, женщины выскакивали из окон и падали вниз. На асфальте уже лежало три разбившихся насмерть женщины, еще одна висела вниз головой, проколотая насквозь острым дубовым суком где-то в полуметре от земли.

С криком из окна выпала беременная. От удара об асфальт ее живот лопнул, выбросив на мостовую груду внутренностей, в. которых копошился живой еще младенец.

С воем подъехали сразу несколько пожарных машин. Больница пылала. В суматохе начисто забыли про людоедку, которой удалось безнаказанно скрыться вместе с похищенным трупом.

Сегодня весь вечер в центральном парке культуры и отдыха было очень весело. Состоялось открытие сезона. Публика валила валом. Почти до самого вечера не смолкал шум около молодежной танцплощадки. Играла музыка.

Около полуночи закончили танцы. Публика стала расходиться. Толпа двигалась к центральному выходу. Лишь одна веселая компания – трое парней и две девушки – не спешили уходить. Вместо того, чтобы направиться к выходу, они устремились в темноту, вглубь парка. Все пятеро были изрядно выпивши. У одного из мужчин на плече висела красная сумка «Адидас», в которой позвякивали бутылки. Несомненно, компания решила продолжить вечер на природе.

– П-посмотри, Леха, а там вроде как костер горит! – тыча пальцем вперед, проговорил один из ребят.

– Верно, горит! – подтвердил Леха и едва не упал, запнувшись ногой за кочку.

Девки пронзительно засмеялись, хлопая в ладоши.

– Присоединимся к огоньку! – закричала одна из них.

– Присоединимся!

Подогретая винными парами лихая компания чувствовала себя хозяевами вселенной. С треском раздвигая кусты, они выломились на поляну и увидели, что около ярко горевшего костра сидит всего навсего одна девица. На поляне витал вкусный запах жареного мяса. Даже издали было видно, что над костром висят длинные шомпура, на которые насажены изрядные куски стекающего соком шашлыка.

– Эй, хозяйка! Принимай гостей! Ишь, одна расселась! – закричали веселые гуляки.

Девка у костра сердито насупилась и покосилась на шумную ораву.

– Чего хотите! Мне и самой мало!

– Не жмись, дура! – сказал тот, кого называли Лехой. – У нас вот что есть, – и он вытащил из сумки бутылку водки.

Девица у костра оживленно зашевелилась.

– Ну, раз так, то пускай! Выпить я тоже хочу! Веселая компания окружила кострище.

– Эге, ну и закуска хороша! Как раз под водочку!

Из вместительной сумки «Адидас» появилась дюжина бутылок, стаканы и хлеб с солью. Приправа к шашлыку была готова.

– Вытаскивай! Хватит уже! – глотая слюнки, поминутно кричали ребята.

– Эй, девка, а как тебя-то зовут? – поинтересовался кто-то.

– Нинка! – басом ответила девка и потыкала пальцем кусок мяса. – Скоро дойдет, есть будем.

Разлили водку в стаканы.

– А что это ты, Нинка, одна здесь сидишь. Волков не боишься?

– Не боюсь! – сказала Нинка.

– Она и тебя, Серый, не боится. Гляди, какая храбрая! – пьяным мужчинам хотелось подурачиться, они даже начали щипать новую знакомую за бока, когда та громко объявила:

– Пора! Сжарились.

– Ленка, расстилай скатерть! – закричал Леха. – Пировать будем!

Вытащили дымящиеся куски мяса, свалили грудой посередине скатерти. Первая бутылка пошла «под шашлычок» как по маслу. Проголодавшиеся гуляки набросились на мясо и уничтожили разом больше половины закуски.

– Эх, хорошо, да мало! – тяжело вздыхая, сказал мужчина, которого все называли Васек. Он явно не наелся.

– В чем дело? Нет проблем! – Нинка взяла нож и скрылась в темноте.

Она отсутствовала меньше пяти минут и скоро вернулась с большим куском. Снова приготовили шашлыки, и под них угомонили вторую бутылку. Затем третью и четвертую, – так незаметно пролетела ночь.

Под утро все пребывали в блаженном расслабленном состоянии духа. Все были сыты и пьяны. Сонно закрывались осоловелые глаза. Пресыщенные желудки просили покоя…

…И вдруг труба, гроза! Шум, гам, крики! Становище со всех сторон окружила милиция.

– Па-азвольте! Мы никого н-не трогаем! – высоким голосом заявил Васек, но голова его тут же поникла на грудь.

– Вот она, людоедка! Держи ее, держи! – милиционер с обвязанной головой тыкал пальцем в бессильно распластавшуюся на земле сбежавшую из роддома Нинку.

На людоедку бросились, вырвав у нее недоеденный кусок шашлыка. Та и не сопротивлялась – отяжелев от выпивки и сытной еды, она клонила голову на бок и что-то невнятно бубнила себе под нос.

– Что? Что такое случилось? Почему нас хватаете? – истошно вопила одна из девиц, мотая растрепанной головой.

– Где мертвое тело?

– Какое такое мертвое тело? Мы никого не убивали! – хором завопили гуляки.

– Верим, что не убивали, – усмехаясь заявил пожилой милицейский капитан. – Но и приятного аппетита пожелать тоже не берусь.

Медицинские эксперты уже щелкали вспышками над местом преступления. Неподалеку от кострища бесформенной грудой лежало нечто, бывшее когда-то человеческим телом. От тела остался один остов все мягкие части трупа были съедены в эту ночь под водочку и хорошее настроение.

– А-а-а-а!

– У-о-о-о

Любители дармового угощения кричали и хватались за животы, будто их застрелили. Одни корчились в рвотных судорогах, другие падали на землю, сраженные наповал.

Милиционеры грузили на брезент жалкие останки растерзанного трупа…

Объявления