Метагалактика Юрия Петухова

Газета «Голос Вселенной» № 3 (1993)

Информационно-публицистическая и литературно-художественная газета
Печатный Орган Высшего Разума Мироздания

Юрий Петухов

Колония

Выдержки из запрещенного интервью с писателем Юрием Петуховым

[страница отсутствует]

СВОБОДНАЯ ПОДПИСКА НА «ГОЛОС ВСЕЛЕННОЙ» – ЭТО ПОБЕДА ВСЕЛЕНСКИХ СИЛ ДОБРА И ПЕРВОЕ ПОРАЖЕНИЕ СЛУГ ДЬЯВОЛА В РОССИИ!

Барьеры Люцифера над Святой Русью дали трещину! В царствие мрака и ужаса пробился первый луч Вселенского Света!

ОККУПАНТЫ, ВОН ИЗ ИРАКА, ЮГОСЛАВИИ И РОССИИ!

ЛЖЕПРОПОВЕДНИКИ – САТАНИСТЫ – БАПТИСТЫ-ЕВАНГЕЛИСТЫ, ОККУПИРОВАВШИЕ СТАДИОНЫ, ТВ, РВ, ПРЕССУ, ВОН ИЗ РОССИИ – ВЕЛИКОЙ ПРАВОСЛАВНОЙ ДЕРЖАВЫ, НЕ НУЖДАЮЩЕЙСЯ В НАСАЖДЕНИИ СЕКТАНТСТВА, КАТОЛИЧЕСТВА, САТАНИЗМА! ВАШ НОВЫЙ «КРЕСТОВЫЙ ПОХОД» ЗАКОНЧИТСЯ КАК И ВСЕ ПРЕЖНИЕ! ОТЕЦ ВАШ – ДЬЯВОЛ! ВОН СО СВЯТОЙ РУСИ!

КОЛОНИЗАТОРЫ ИЗ «МИРОВОГО СООБЩЕСТВА», ПАУКИ-КРОВОСОСЫ, ВОН С РУССКОЙ ЗЕМЛИ! ВЕЛИКАЯ РОССИЯ НИКОГДА НЕ БУДЕТ ВАШЕЙ КОЛОНИЕЙ! ТЫСЯЧЕЛЕТИЯМИ ЗЕМЛЯ НАША БЫЛА МОГИЛОЙ Д ЛЯ ОРД ЗАВОЕВАТЕЛЕЙ, НЕ МИНУЕТ И ВАС ТА ЖЕ УЧАСТЬ! ВОН!

ДА СПАСЕТ ВСЕХ НАС ОТ ИСЧАДИЙ АДА, БЕСОВ И ДЕМОНОКРАТОРОВ ВЕРА В ПРЕСВЕТЛУЮ ТРОИЦУ И ВОЗРОЖДЕНИЕ ВЕЛИКОЙ РОССИИ! В ЛОНЕ РУССКОЙ ПРАВОСЛАВНОЙ ЦЕРКВИ ДА ОБРЯЩЕТЕ СВОЕ СПАСЕНИЕ! КРЕСТНЫЙ ПУТЬ РУССКОГО НАРОДА – ЕСТЬ ВЕЛИКИЙ ПУТЬ СЛУЖЕНИЯ БОГУ, ПУТЬ СВЯТОЙ БОРЬБЫ ЗА НАЦИОНАЛЬНОЕ ОСВОБОЖДЕНИЕ!

ИНОЗЕМНАЯ ПРЕСТУПНАЯ МРАЗЬ, ВОН ИЗ РОССИИ!

Полтора года в аду

Документальные записки воскресшего

Примечание редакции. По многочисленным, просьбам читателей мы продолжаем публикацию документальных записок садиста-убийцы, который более трех лет назад был убит топором, затем очнулся в гробу, под землей. «Земляными ангелами» автор записок был доставлен в так называемую «преисподнюю» (точнее, иное измерение, где обитают инферносущества и души умерших людей). У специалистов не вызывает сомнений достоверность описываемых событий. Сам факт воскрешения из мертвых в настоящее время так же не считается нереальным, науке известны десятки воскресших, которых пока содержат в спецлабораториях (зафиксировано множество фактов сокрытия воскресшими своего феномена и нежелания ложиться на исследования). Десятки писем, поступивших в редакцию от таковых, подтверждают описываемые события, уточняют и выправляют детали потустороннего бытия, однако все очевидцы сходятся в одном – записки воскресшего являются документом непреложной ценности для современной науки и в целом отражают подлинную потустороннюю действительность.

И промолчал я.

И истаяли чудовища.

Обессиленный упал я на глинистую поверхность. И выпал из ребра моего ржавый крюк. Впервые произошло то, что было для меня невероятным – мог отомстить! но не отомстил! отпустил врага своего! отпустил падлу поганую, сволочь бритую, гадину гнусную! В пору рвать на себе волосы и вопить истошно, матом крыть на всю преисподнюю… нет, на душе спокойно, и боль утихла, и сердце не рвется из груди, и чудовищ этих злющих нету. Прямо рай!

Оторвал я глаза от глины. Поднял голову.

И увидел себя самого, стоящего предо мною. В кровоточащих ранах, полуистлевшего, с проглядывающими сквозь гнилую плоть желтыми костями. Горько мне сделалось и тяжко. Но видел я, как раны зарастают, как плоть покрывает кости и исчезает тлен. И приготовился я к худшему, ибо лучшего ждать не мог.

– Встань! – сказал стоящий предо мною. Ноги не послушались меня, я упал на глину.

– Встань, паскудина!

Из последних сил рванулся, встал, выпрямился… никого не было передо мною. Лишь вдалеке, во мраке горел крохотный огонек. К нему я и побрел.

Не столько шел, сколько полз да на четвереньках ковылял. Не знаю, много ли дней и ночей добирался, там нет счета, там все иное. Но дополз, рухнул у бревенчатой стены. Издыхающий и слабый.

Лежал долго. И было это мучение для меня после страшных адских мучений отдохновением. Ждал начала новых пыток. Знал, это начало, все еще впереди. И дождался.

Распахнулись ставни над головой. И вылезло существо заросшее желтой спутанной шерстью, с желтыми зубищами и желтыми глазами.

– Сгинь, чертово отродье! – прохрипел я ему. – Сгинь!

Но существо это ухватило меня за шею, встряхнуло. И вылезли из шерсти еще две ручищи, с молотом и гвоздями ржавыми. Прибило оно меня к стене, прямо гвоздями в руки, в ноги, в грудь, в шею… отошло. И смотрит.

От боли кровавые слезы текут, ум смеркается. Но терплю, молчу. Знаю, тут пощады не бывает. И так передышка была, и на том слава Богу!

Когда существо пасть свою раззявило, ничего я в ней не увидал, ни клыков, ни языка, ни зубищ, а только черный провал – будто там космос был, пустота. И изрекло оно:

– Теперь ты, грешная душа, выйдешь наверх. И не в памяти своей. А как есть. Одна твоя половина будет висеть на гвоздях. Другая пребывать там! Но помни…

Оно сверкнуло желтыми глазищами. И пропала глинистая почва, пропала бревенчатая стена. И висел я прибитый к раскаленному медному листу. А внизу полыхало-пожарище, преисподняя. Мука усилилась стократно. Мрак, безысходность. Боль. Но молчу я.

– Готов? – вопросило существо.

Оно висело прямо во тьме, в пустоте. И было самим дьяволом тьмы. Я только кивнул.

И тут же огонь и преисподняя пропали.

Будто вновь очнулся лежащим в гробу. Темно. Сыро. Жутко. Но понял я своим убогим умишком, что за какие-то подвиги, а может, и просто так мне разрешено будет выйти наверх. Надолго ли, не знаю. И стало тяжко дышать. Начал задыхаться я в гробу. И выпрямил руки, уперся. Трухлявые, гнилые доски прогнулись, сломались. Стало засыпать холодной кладбищенской землей, черви и личинки сыпались сверху, просачивалась вода. Но не жалел я ни рук, ни ногтей – в щепу раздирал доски, разгребал над собой землю, выползал, вылезал. Сам ад дал мне нечеловеческие силы, сдвинул я надгробный камень, червем выполз наполовину во тьму ночи. Шел дождь. Могилу заливало. И руки мои отливали зеленью. Лица не видел, но знал – страшно оно, чудовищно. И узрел я вдруг весь ужас происходящего в глазах чужих!..

– Не надо…

Женщина, сидевшая у соседней могилки под зонтиком, окаменела. Лишь губы повторяли тихо:

– Не надо, не надо!

Свидетель! Злоба ослепила меня. Взревел дико. И набросился на нее, ломая кости, подминая под себя. В считанные секунды расправился я с нею, спрятал труп в собственной могиле. Выполз снова. Сбросил с себя полуистлевшие лохмотья. И встал голым под очищающим дождем. И понял, что опять сорвался, допустил ошибку, что не будет мне теперь пощады, что несказанные муки ждут меня. Но пока ни одна тварь не коснулась меня… И выход был открыт.

Зеленой тенью побрел я к кладбищенским воротам. И только тогда осознал – это земля, это мир живых, хоть краешком глаза увижу! Себе не верил. Но шел.

Ночь коротка. И надо многое успеть. За воротами долго ждал, притаившись. Наконец повезло. Подгулявший забулдыга пер прямо на меня.

– Стой, сука! – зашипел я на него. Он в миг протрезвел.

– Нечистая сила! Мертвяк! – чуть не пал со страху.

Но не успел. Я ему глотку сдавил, да дернул на себя. Одним ударом дух вышиб из тела. Но нужна мне была только одежонка его. Труп бросил в кусты, оделся. Мокрый, грязный.

Будь что будет!!!

Хоть ночь, но погуляю!

Это мне навроде увольнения дали. За примерное, хе-хе, поведение? Мать их загробную! Накатило зло да веселье. Дорвусь щас! И сомнение… дорвусь, и все напорчу? и все снова начинать, все сызнова проходить? а какая разница! все одно – муки-то вековечные. Заболела у меня башка от мыслей всяких, а может, от чистого воздуха. Ведь сколько я им не дышал, все в подземельях маялся!

По дороге попалась церковка старая. И решил испытать себя. Сделал шаг к воротам – загудела земля, заскребло на душе. Еще два – и шарахнула с черных небес молния, прямо под ноги.

– Ах, вы суки! – взревел я. – А ежели покаяться хочу?!

И еще три шага. Затряслись стены, глухо ударил колокол на маленькой колоколенке. Жуть! Меня переворачивает, гнетет, от страха волосы дыбом. Но я вперед. И снова – гром, молнии. Все это совпадение, случайность – твержу себе, этого нет. Вот сейчас войду… паду на колени перед Образом, и буду грехи отмаливать, лоб расшибу, но покаюсь, покаюсь во всем! Неужто никогда мне прощения не будет?! И вошел я внутрь. И прогрохотало из-под сводов:

– Изыди, сатана!

И пуще прежнего задрожали стены.

Опустился я на колени, жалкий, дрожащий, немощный. Твержу слова молитв, ищу Лик., и не нахожу. А стены трясутся как при землетрясении. Страх Божий!

– Изыди, исчадие ада!

Нет! Не хочу! Хочу здесь! Хочу замолить грехи!

– Изыди!

И обрушились стены, разом обвалились. Но ни один камень не упал на меня. И осмотрел я развалины. Жуткое это было зрелище, будто не церковь тут стояла, а вертеп языческий, дьявольский.

И понял я – навеки будет проклято это место!

Проклято!

Ползком выполз из развалин. И решил идти к людям. Примут? Или нет? Раскрываться нельзя. Ощупал голову – на затылке, через весь череп жуткий огромный развороченный рубец, это след от удара топора. Так и не зарастает. Куда с таким. Хорошо еще с пьянчуги кепарь снял, не бросил.

Дождь прошел, кончился. И разом высох я, даже горячим стал – будто адское тепло меня согревало. Только так подумал – и увидал свою вторую половину: тело свое изодранное, прибитое к медной жаровне над пожарищем преисподней. И боль непереносимую ощутил, и жар, и пустоту ада. Но тут же все пропало. И опять я был на земле, за версту от кладбища, из которого выполз я. Хотелось тепла. Человеческого.

Набрел первым делом на шалман. Ночь на дворе (может, это был еще вечер?), а он работает. Три мужика под стенами валяются – вдрызг! Зашел я тихохонько. И только тогда карманы одежонки прощупал: несколько бумажек рублевых, мелочь – на пивцо хватит. В шалмане полумрак, накурено. Я воротник поднял, кепарь надвинул, в спину уткнулся крайнему, стою жду.

Дождался.

– Мне пару! – говорю.

И вижу – глаза у разливщицы пивка на лоб лезут, вот-вот заверещит. Я и оскалился, дескать, глотку зубами перерву. Она стихла. А ручонки шаловливые дрожат, трясутся. Но налила две кружки. Я с ними к стеночке, к стоечке. Мужичье все пьянющее. Но гляжу, косятся – чужой им не по нраву. Пивко душу греет – рай, блаженство. Да только в компанию никто не возьмет, не примут. Как бы чего похуже не было…

Примечание специалиста. Данный случай заставляет нас припомнить один эпизод, описанный спецслужбами подмосковного города …. С вечера в городке объявилась банда, состоявшая из двоих лиц неопределенной внешности. За ночь банда разгромила шесть палаток, учинила резню на танцах (восемь трупов, пятеро раненых, трое изнасилованных). Сожгла местную пивную, разворотила две могилы на местном кладбище, разгромила магазин и убила его заведующего, долго бродила по городку, издеваясь над его жителями, нанося им травмы. Дело казалось местным правоохранительным органам самым заурядным, но лишь до тех пор, пока не было детально обследовано кладбище. В секретном отчете в Москву после обследования было сообщено, что могилы были вскрыты и разворочены не сверху, снаружи, а изнутри, из-под земли. Покойников в могилах не было, зато были следы, которые вели прямо из могил в городок. Спецкомиссия, приехавшая из Москвы, дело засекретила и закрыла. Всех пострадавших вызывали поодиночке и в строжайшем порядке приказывали не разглашать событий той ночи, брали подписку, многих очевидцев забрали с собой (с тех пор они не вернулись в городок). Факт выхода из могил и разгула мертвецов был налицо. Но ни одна строка об этом не просочилась в печать. Вполне возможно, что и в данном случае мы имеем дело с подобным феноменом.

И вот подваливают трое.

– С зоны? – спрашивает один. А у второго перо в лапе.

Я молчу.

Он мне перо в брюхо – раз! И насквозь. А мне все по хрену. У него челюсть отвисла. Стоит– зеленей меня. А первый мне в морду хрясь. Да так, что из носу кровавые сопли. И третий – с другой стороны, хрясь!

Били минут пять. Все в шалмане притихли. Смотрят.

Они ведь не знали, что мне боль от их побоев – тьфу после ада, что ножичком мертвяка вообще не возьмешь. Но не хочу отвечать, все жду, угомонятся, натешатся, скоко ж можно беззащитного бить.

Короче, вышвырнули меня из шалмана. Допить не дали. Тут и не стерпел. Подманил одного из них – да челюсть нижнюю и вырвал ему, ухватился, дерганул вниз – только слезы из глаз.

Стою жду.

Смелость ихняя сразу кудай-то пропала. Расползлись.

Хрен с вами, суками! Мне ведь все понятно – мертвяк им не по душе. Но навязываться не будем. Что толку навязываться – не полюбят навязчивого и в кореша не возьмут.

И побрел я от шалмана, куда глаза глядят.

Иду по темной улице, меж низеньких домиков. Шарахаются от меня пугливые тени. Попался навстречу один кот – так замер, столбняк с ним случился, глазищи горят, шерсть дыбом встала, учуял, небось, что нежилец идет. Ему страшно, а мне гнусно. Баба-проститутка подвалила было, подрулила, да и осатанела, зуб на зуб не попадет, в трясучку впала. Только пока ее трясло, ухватил я ее за зад, да через изгородь перекинул, сам сиганул туда же следом, разодрал платьишко… Мне все одно гореть в пламени. Натешился. Но добивать не стал. Случилось что-то со мною, не тем я уже был, не тем! После суда подземного, после того, как простил обидчика, перевернулось что-то во мне. Вот и тело ее горячее мял, крутил. Но не терзал; не мог боли причинить, рука не повертывалась. А она так в себя и не пришла. Ничего, к утру продрыхнется. А может, и еще кто подберет. Главное, не загубил души ее. И свою новой смолой не залил.

Тьма. Спит городишко. А я в окна заглядываю. В лунном свете ворочаются спящие и не ведают, кто на них смотрит. Мне плевать! Но все же жалко людишек. Один малец на меня уставился из комнатки своей, оцепенел, глаза как у совенка стали. А крикнуть не может, горло судорогой свело. Живи, малец, не трону!

Иду! И уже сам знаю, куда. В следующем доме он, в следующем. К нему и шел. Вот окно. Свет теплится еле-еле. А он, гад, в распоясанной рубахе, без штанов, сидит и выпивает. Сука!

Я не спешу. Мне надо его вот такого, безмятежного видеть. Не постарел почти. Только лысина больше стала да нос мясистей. Это он меня в семьдесят третьем подставил, сука. Его теперь судить буду. На то и прислан из ада, как сразу этого не понял. И стукнул в стекло три раза.

Он к окну.

А я уже у дверей стою. Жду.

– Кто там? Проходи мимо!

– Отворяй, гнида! – говорю.

Затих. Узнал. Шуршит чем-то.

– Щя, отворю! – бурчит чего-то, выжидает тоже. И вдруг глухо: – Да незаперто, заходи.

Пнул я дверь, вошел в клеть, притворил за собой. И мне в грудь кусок свинца – чуть не повалился. Выстрел уже потом прозвучал. А он, гад, стоит с обрезом, ухмыляется. И второй раз, и третий!

Рухнул я. Пуля сильно бьет. Для живого смертельно. А мертвяка только с ног валит. Мертвяка по второму разу не убьешь.

Вот я ему снизу, с порожка и цежу:

– Не боишься, сволочь, палить-то среди ночи?!

Бросил он обрез. Завыл. Забился в угол, дрожит. Казни лютой ждет.

Вот тут я и встал. Уселся на стул. Налил себе полный стакан. Ему не предложил. Выпил. Потом еще. Хоть и труп я, в башку шибануло, просветление нашло.

– Ну чего, Сема, понял, кто к тебе в гости заявился?

– Понял! – отвечает.

А самого кондратий вот-вот хватит.

– Ну и как тебя теперь казнить за подлянку твою?!

Молчит.

Выпил я третий стакан. И ушел. Пусть он сам себя казнит. Плевать мне на него!

И жалко стало бабу ту, на кладбище, что под зонтиком сидела. Вот ведь несправедливость житейская, вот подлость сволочная: хорошие люди, добрые мрут, а гниды всякие и иуды живут. Пускай пока живут, им в аду вечно мучиться, им пытки терпеть и гореть, а не райских кущах малиной лакомиться.

И все равно жаль. Зарекся я живую душу трогать. Зарекся, себя не узнавая. И тут же мента придавил. Он на меня из-за угла с «Макаровым» кинулся. Пикнуть не успел, как окунулся. Там и бросил я его.

Несло меня куда-то. Куда – сам не знал. Сила влекла, не давала покою, не давала отдохновения даже в эту земную ночку.

И принесли меня ноги… лучше б и совсем не приносили!

Черная комната на третьем этаже. Большой овальный стол. Сидят кружком шестеро. Свечи горят. Звезды какие-то мелом и чем-то красным начертаны. Фигуры какие-то странные. И серой пахнет. Как в преисподней.

Один, седой, голову приподнял и сказал:

– Пришел!

Все разом от скатерки оторвались, уставились на меня со злобой, глазами сверлят.

– Семь ночей не приходил! На восьмую пришел!

Хочу им сказать, что впервые их вижу, что нет им дела до меня. И не могу! В полной их власти.

– Из могилы восстал? – спрашивает седой.

– Из могилы, – отвечаю.

– Отлеживался, подлец?! Все! Хватит! Пристала пора ответ держать!

А я и бежать не могу, заколдован будто. В шестиграннике кровавом стою, переступить через линию не могу, руки не поднять.

– Восемьдесят первый год, Пенза? Помнишь?

– Нет!

– Две девушки по пятнадцать лет. Школьный бал?

И прошибло меня молнией. Было! Обеих три недели в логове своем держал, забавлялся. Потом изрубил. Одну съел по частям. Вторую уже не смог, воротило, все же не людоед. Было! Это они меня вызвали из ада? Сволочи, сатанисты! Слуги Люцифера!

– За все отдал сполна! – завопил я в голос. – За все! С лихвою-ю-ю!!!

– Не за все, – тихо сказал седой. – Перед нами ответишь.

И увидел я, как встает из угла, с черного табурета ведьма, натуральная ведьма с зелеными немигающими глазами. Подошла ближе, а меня уже прожигает насквозь. Уставилась. И вывернуло меня наизнанку. Начал все рассказывать, в мельчайших подробностях, шаг за шагом, как я их терзал, пытал, как измывался над ними, и как они… А сам вижу – один все на видеокамеру записывает.

Ведьма к нему обернулась.

– Брось, – говорит, – не выйдет ничего, это же мертвяк, его нет, камера его не возьмет, и свидетельские показания нам не нужны, понял?

– А кто ж его возьмет? – спрашивает седой.

– А я и возьму!

Лицо ее страшно изменилось, стало вытянутым, жутким, вырвались наружу острые зубы, клыки. И впилась она этими клыками в мое горло. В лоскуты изодрала, залилась кровищей. Но это было только начало.

Седой кричал:

– Нет! Не хочу! Не надо! Хватит!

Он не ожидал таких страстей, вот и не выдержал. Хоть и жаждал мести, но не осилил доли мстителя. Но поздно было. Ведьма его не слушала. Она вытворяла, что хотела. А когда откинулась к столу, я, лежал в колдовской фигуре грудой внутренностей и кишок, лежал и стонал. И не было мне больно. Ибо боль была там, в аду, там горело мое тело, прибитое к жаровне. А здесь лишь душа моя в трупных лохмотьях стенала и металась. Неужто для этого вызвали? Чтоб только насладиться страшной, кровавой местью? А чем они тогда лучше меня? Вон, седой лежит под столом бесчувственный, вырубился, слабак. Остальные по стеночке жмутся. Сатанисты! Повелители духов! Ничего, попадете в преисподнюю, вам все раскроется самим, никого вызывать не надо будет, только успевай, принимай новенькие подарочки Люцифера!

Забрезжило за окном. И оборвалось все. И пропала комната с овальным столом. И перебросило меня на кладбище. Ткнуло окровавленным лицом в могилу собственную. И полез я в нее, прячась от света, приносящего чудовищные страдания. И уткнулся головой в труп женщины, той самой, и преградил он мне путь, и изнемог я от пытки лютой, пытки более страшной, чем адские пытки… Мне надо было во что бы то ни стало вползти в могилу, улечься в гроб, чтобы опуститься вниз… Но тело мешало! не давало мне скрыться со свету белого! и не было в тот миг страдальца, подобного мне на всем белом и черном свете!

Видеоклуб

НОСФЕРАТУ, ПРИЗРАК НОЧИ / NOSFERATU – FANTOM DER NACHT

ФРГ, 1978 г., 1 ч. 43 мин.

Автор сценария и режиссер Вернер Херцог.

В ролях: Клаус Кински, Изабель Аджани, Бруно Ганц, РоланТопоридр.

фильм ужасов

Имя Носферату (он же граф Дракула) на языке жителей его родины – Трансильвании означает – «Тот, кто никогда не умирает». А по-настоящему не умирают, как известно, только вампиры. Однако герой фильма необычный вампир. «Мой вампир – глубоко человечный и жаждущий любви субъект. Он настолько одинок и печален, что уже через две минуты после его появления на экране зритель перестанет замечать его уродство, когти и клыки», – заявил по окончании съемок его создатель – въедающийся режиссер мирового кинематографа Вернер Херцог, что полностью подтверждается трактовкой этого образа Клаусом Кински, в исполнении которого Носферату – страдающий человек, терзаемый ужасной болезнью или страстью – вампиризмом… Фильм сделан настолько тонко и изобретательно, что, оставаясь в рамках избранного жанра – фильма ужасов, превращается в подлинное произведение искусства. Несомненно, что большая доля заслуги в этом принадлежит исполнителям главных ролей, из коих выделим Изабель Аджани и, конечно, Клауса Кински, на котором, собственно, и держится последующий фильм-продолжение о дальнейшей судьбе Носферату.

НОСФЕРАТУ В ВЕНЕЦИИ / NOSFERATU IN VENEDIG

Италия, 1986 г., 1 ч. 32 мин.

Автор сценария и режиссер Аугусто Коменито

В ролях: Клаус Кински, Барбара Де Росси, Кристофер Пламмер, Анне Кнехт, Дональд Плезенс и др.

мистика, ужасы

– Вампиры? Они повсюду! – без тени сомнения и как-то по-будничному сообщает один из основных персонажей кинокартины – профессор Каталано, посвятивший себя изучению феномена вампиризма и борьбе с ним. И точно, едва успев прибыть в Венецию по приглашению одной аристократической семьи (между прочим, выходцев из Трансильвании), он становится свидетелем пришествия из глубины веков вампира Носферату.

В отличие от первого фильма, действие этого разворачивается в наши дни, а главный герой характеризуется как исчадие ада, воплощение всех пороков, дьявольское отродье, верховный жрец греха, противник всего живого и самый жестокий из всех посланников смерти. Даже сам Сатана прогневался на него несколько столетий назад. Для Носферату нет места в человеческом обществе – ни среди живых, ни среди мертвых… А Носферату хочется смерти. Ну-у, очень хочется! Однако убить его может только… любовь. Для этого ему нужно тело девственницы. Только в момент слияния их тел он умрет…

ГАЗОНОКОСИЛЬЩИК / THE LAWN MOWER MAN

США, 1992 г., 2 ч. 20 мин.

Режиссер Бретт Леонард.

В ролях: Джефф Фэйхи, Пирс Броснан, Дженни Райт, Марк Брингелсон, Джоффри Льюис и др.

кинофантастика

– «Мнимая реальность»? Это другой мир, новое физическое измерение. Люди об этом мечтали тысячу лет. Эта технология открыла новую Вселенную. Она завладеет всем. Я войду в главный компьютер (самый мощный на планете) для того, чтобы закончить последний этап моей эволюции и стану чистой энергией. Мой первый крик, который я издам, будет криком нового родившегося организма, – говорит главный герой (дебил, превратившийся в супермена) после серии экспериментов, проведенных над ним и базирующихся на технологии этой самой «мнимой реальности».

Нет смысла пересказывать содержание этого необычного фильма, фантастичного сегодня, но, кто знает, возможно реалистичного завтра. Реалистичного в своем прогнозе о направлениях развития будущих компьютерных технологий, в раскрытии их тайн.

Впервые мы видим игровой фильм, напичканный таким количеством спецэффектов с использованием компьютерной графики, которая (теперь это доказано) может вывести кинематограф на совершенно иной качественный уровень или же, отпочковавшись от него, превратиться в совершенно новый вид искусства.

М. М. Матюхин

Земная цивилизация – болезнь, которая будет уничтожена

Стенограмма допроса инопланетного резидента спецслужбами ЦРДР и ИРУ.

От редакции. Нам удалось раздобыть копию этого документа спустя семь месяцев после его составления. Осведомленный читатель помнит, что именно тогда в газетах промелькнули два сообщения: первое, о трех неопознанных объектах в районе мыса Медвежий, подавлявших все наземные базы слежения, и второе, о совместных дружественных американо-российских аэрокосмических маневрах в том же регионе. Мало кто тогда связал воедино эти сообщения. Но как выяснилось впоследствии именно тогда была уничтожена боевая группа инопланетных кораблей (кодовая операция «Молния во льдах»). Удалось захватить единственного выжившего пилота супер-НЛО, доставить его в третью страну и путем попеременного применения психотропных веществ и соматического воздействия заставить его говорить. В операции участвовали восемь ведущих дешифровальщиков России, США, Израиля и ФРГ. К сожалению, пилот не выжил. Но часть показаний, снятых с него спецслужбами, мы имеем возможность предать гласности.

Вопрос. Кто ты такой?

Ответ. Биоандроид. Двойник пилота корабля.

Вопрос. Где пилот?

Ответ. Кольцо Б Юпитера, шестой сегмент.

Вопрос. Это ваша база.

Ответ. Нет. Баз нет. Все постоянно перемещается.

Вопрос. Есть ли связь с пилотом?

Ответ. Он нас слышит.

Вопрос. Все ли корабли управляются так?

Ответ. Все. На боевых кораблях только двойники.

Вопрос. Почему сами пилоты не участвуют в операциях?

Ответ. Их очень мало. Их жизни никогда не подвергаются опасности.

Вопрос. Где находится ваша основная база, ваша материнская планета?

Ответ. Планет нет. Конгломерат систем, иное измерение. В вашем языке нет слов и понятий для обозначения.

Вопрос. Потенциал вашей цивилизации? Ее название? Время существования?

Ответ. Цивилизации нет. Времени нет. Нет информации. Из канала приходят пилоты. Все остальное создается здесь.

Вопрос. В том числе и корабли, и такие как ты биоандроиды?

Ответ. Да. Оттуда приходят только пилоты. Их мало. Каждый управляет многими кораблями и имеет много двойников.

Вопрос. Кто делает корабли? Из чего? Как?

Ответ. Пилоты. Свернутые саморазвивающиеся в местной среде корпускулы.

Вопрос. Ты робот?

Ответ. Нет. Я полноценный двойник пилота. Его абсолютный дубль.

Вопрос. Почему не делаются попытки установления контакта с землянами?

Ответ. Контакт не нужен. Земная псевдоцивилизация – это болезненная плесень пространства. Болезнь подлежит хирургическому излечению.

Вопрос. Болезнь? Имеются ввиду отклонения в развитии нашей цивилизации – войны? катастрофическая экология? хищничество и вандализм в отношении природы и культуры? засорение пространства?

Ответ. Нет. Ваши войны и ваша экология никого не интересует. Просто вы – болезнь живой материи, вы сами, ваш псевдоразум. Вы будете уничтожаться по мере необходимости.

Вопрос. Кто определяет необходимость?

Ответ. Никто специально. Никто специально вами заниматься не будет. Вас будут уничтожать между делом.

Вопрос. Как это будет выглядеть? Десант? Бомбардировки? Отравляющие вещества? Генетическое оружие?

Ответ. Нет. Выбор оружия определят правители вашей цивилизации. Они уже получили от нас установку на постепенное, нетравмирующее уничтожение землян, на хирургическое вмешательство.

Вопрос. Правители Земли? Почему они будут выполнять ваши установки?

Ответ. У них нет выбора. Они будут подчиняться нам полностью или их не будет. Механизм уже запущен. И никто из наших не проверяет его действия – система всегда работает безотказно.

Вопрос. С правителями заключены договора, тайные соглашения?

Ответ. Нет. Договора нам не нужны. В ход пущены программы. Каждая программа выполняется поэтапно, в программе важна цель, запрограммированный сам выбирает средства.

Вопрос. Программированию подвергнуты все?

Ответ. Да.

Вопрос. Срок выполнения программы?

Ответ. Сроки не устанавливаются, и никого не интересуют, нам абсолютно безразлично, когда исчезнет плесень веком раньше веком позже. Важно санировать пространство, и все.

Вопрос. На Земле преобладает мнение, что внеземные цивилизации курируют земную цивилизацию, оказывают ей незримую гуманитарную поддержку, не допускают губительных войн, чрезмерного истребления природы, прочих неразумных воздействий, короче, они полностью опекают Землю, так ли это?

Ответ. Повторяю, мы считаем земную плесень болезнью. Мнение об опекунстве из космоса – это программа, которая выполняется полным ходом, это запущенная – не нами – а вашими же правителями дезинформация, способствующая установлению надлежащего психологического климата на Земле и выполнению программы без эксцессов. Это все уже ваши дела. Нас это не интересует ни в коей мере.

Вопрос. Какие ответные меры будут приняты на уничтожение трех ваших боевых кораблей?

Ответ. Никаких.

Вопрос. Но почему?

Ответ. Сами корабли не представляют ценности, они воспроизводятся в любых количествах. Двойники также воспроизводятся. Ни малейших утрат мы не понесли. И не понесем никогда. В этом наше подавляющее преимущество. Вся ваша земная мощь не способна нам причинить ни малейшего ущерба.

Вопрос. Но ведь у вас есть какая-то цель в нашем измерении?

Ответ. Наша цель движение. Пилоты идут всегда вперед. Пучковое, расширяющееся движение. Времени нет. Информации нет. Движение обеспечивает устойчивость Вселенной. Идет встречное движение. Интерференция информационно-силовых полей, скрещивание внепланетного разума, взаимопроникновение, качественное взаиморасширение, движение, пучковое и полевое, многократное наложение, постоянный подъем, движение.

Вопрос. Земной разум не вписывается в эти схемы?

Ответ. Это абсолютно разные вещи.

Вопрос. Почему бы вам тогда не оставить землян в покое, они бы разобрались сами в своих проблемах и болезнях?

Ответ. Болезни искореняются не по желанию или нежеланию, просто работают программы, которые уничтожают болезни, и все! Повторяю – нам нет до вас дела, нам ни жалко вас, ни не жалко, для нас вас нет и не будет.

Вопрос. Если земляне в ответ приступят к активным действиям и постараются противостоять вашим программам?

Ответ. Вы должны понять, что нам нет дела ни до каких ваших активных или пассивных действий, как вам нет дела до активных и пассивных действий микробов под вашими ногами.

От редакции. Как говорится, комментарии излишни, нам нечего добавить к документу.

Художник О. Мандрика

А. В. Калинец-Брюханов

Врата к спасению

«И сказал мне: не запечатывай слов пророчества книги сей; ибо время близко»

(Гл. 22, Отк. 1, 3)

Как выжить в эпоху, когда мы стоим перед фундаментальной дилеммой «быть или не быть?». Гамлетовский вопрос обернулся нынче эпиграфом всей сегодняшней жизни человечества. И потому бегут люди, бегут кто куда, меняя отечество, место жительства и просто окружающую обстановку. Бегут в надежде скрыться от грядущего, поддавшись общей панике Годины Искупления. Если бы можно было удрать с Земли, не покидая ее, честное слово, многие отдали бы за это все лучшее, что имеют. А ведь это только начало, продолжение следует!..

Уже очевидно самому наивному землянину, что спасти наш пропадающий мир невозможно. Экология планеты настолько угнетена и «замордована», что даже самый активный мозговой штурм всех существующих академиков и профессоров вряд ли найдет решение: как очистить воды от химикатов, почву от гербицидов, пищу от нитратов, восстановить катастрофически истончающийся озоновый слой, снизить статику атмосферного электричества или найти защиту от радиационного фона, вернуть к жизни десятки видов навсегда исчезнувших с лица Земли животных или растений, пополнить залежи почти израсходованных полезных ископаемых и топливных энергоресурсов, спастись от СПИДа, рака или прочих кошмарных болезней современности, отвести человечество, наконец, от полного духовного и физического вырождения… Никакая вера, никакой оптимизм не способны вывести человечество из кризиса «фатума». Конец неизбежен. И случится он гораздо скорее, нежели его ожидают. Но неужто же нет никакой надежды?!

Испокон веков, уже два тысячелетия, непреодолимо тянутся люди к Слову Божьему. Библия манит своим тайным эзотерическим смыслом, далеко не всякому раскрывая глубину прочитанных откровений. И потому заурядные прихожане, ведомые служителями культа Христовой веры, принимают Писание не иносказательно, а буквально, зачитываясь жизнеописаниями Сына Господнего, Спасителя, и заучивая его заповеди.

Не случилось еще ни одного равнодушного, кого бы подспудно не влекла Библия, пробуждая интерес к подробному изучению и поискам в ней сокровенных истин бытия Человеческого.

Разберем Писание вместе со всеми входящими в него разделами как нечто по необходимости важное, но по целому ряду причин не дошедшее в том истинном порядке, в каком было устно изложено «первым» людям. Именно «изложено», поскольку, как утверждает Ветхий Завет, – «сначала было Слово», т. е. заповедь, завет, несущий в себе тайну Бытия. Разберем же все по порядку…

Эдем, рай, – основа сущего и живого в Христианской вере, откуда началась жизнь на Земле для Человечества (где по каноническим традициям она же и должна завершиться), первоначально располагается между устьями четырех продолжение рек: Фисона, Тихона, Хиддекеля и Евфрата. «И насадил Господь Бог рай в Эдеме на востоке; и поместил там человека, которого создал. И произрастил Господь Бог из земли всякое дерево, приятное на вид и хорошее для пищи, и дерево жизни посреди рая, и дерево познания добра и зла» (Гл.2, 8 Быт.4, 16. Отк. 2, 7; 22, 2). Далее достаточно подробно следует географическое описание местоположения земного рая. Не напоминает ли описанное своеобразную резервацию для людей, где все обнесено забором в целях обезопасить человека от внешних грозящих факторов. Наконец, зачем-то Господь создает вновь уже созданных им ранее «всех животных полевых и всех птиц небесных» для того, чтобы человек нарек их своими именами (?).

Уже после, в Новом Завете, райские кущи переносятся на небеса. Здесь значительную коррективу вносят греческие софисты, кто фактически первыми записали на своем языке Новый Завет. Греческие и римские языческие боги, живущие на горе Олимп, считались небожителями. У них так же, как и у прочих небожителей, был один верховодящий бог– Зевс и множество божеств пониже рангом, отвечающих за человеческий быт и житейские проблемы. По тому же принципу в Христианстве появляются десятки святых (которых ранее в книге Тота даже и не предполагалось), отвечающих за «мелкие» жизненные повороты судьбы, но субординарно подчиненных триединой ипостаси Высшего Разума. Николай Угодник – покровитель мореплавателей и путешественников, Святой Пантелеймон – отвечает за здоровье человеческое и т. п.

В первой книге Моисеевой подробно описано появление всех живых организмов на Земле согласно истинному доминированию их в эпохальном развитии земноводной фауны. Так вначале «И сотворил Бог рыб больших и всякую душу животных пресмыкающихся, которая произвела вода по роду их, и всякую птицу пернатую по роду ее…» (Гл. 1, 9 Пс. 32, 7; 135, 6). Затем Он переходит к «зверям земным, скоту и гадам земным по роду их». Наконец наступает очередь Человека. И тут Господь создает его… «по образу Своему и подобию». Значит в книге Бытия, на заре зарождения Человечества, Бог еще имеет образ и подобие, представляя собой существо антропоморфное и явно не бессмертное… В дальнейшем Господь переносится на небеса и становится триединым в своих ипостасях. Но, как мы уже отметили, это особенности интерпретации с учетом греческой мифологии. Теперь посмотрим, действительно ли Господь создавал Землю и небо за 6 дней, ежели учесть, что 1 год Господен как 100 человеческих, и 1 день как год?.. Вместе с воскресным днем, благословенным, это получается, в случае Христианского толка (уже Новозаветного): 7 x 7 x 7. Триединство Господа проявляется и в самой структуре Святого Писания. Явно три личности создавали три основных части: Ветхий (завет Отца), Новый (завет Сына) и Новейший (последним можно назвать Откровения Иоанна Богослова, переданные в виде завета Духом Святым). Таким образом получается 343 года.

Как следует из Писания, за «великое развращение человека» Бог объявляет истребление Адамовых потомков от Каина и Авеля, даруя спасение лишь ветви Сифа с прямым потомком Ноем и всей его семьей. И тогда Ной принимается строить «ковчег». Еще одна загадочная фигура в Писании. Ной не объявлен – ни святым, ни великомучеником, а между тем спасает целое человечество от полного истребления, поскольку мы сами вправе называться прямыми наследниками Ноя. Так почему же этот замечательный человек не был отмечен Господом какой-то особой благодатью? В Писании практически уделяется большое внимание двум глобальным катаклизмам: Потопу и Апокалипсису. «Армагеддон», упоминаемый как место в Откровениях Иоанна Богослова, где собрал Шестой Ангел трех духов нечистых, на самом деле – имя финикийского царя, правящего в то эпохальное время, когда случился Потоп. Именно во время Потопа Атлантида навеки скрылась в пучинах океана. Таким образом наблюдается явная зависимость между двумя карами Господними. Да и «ковчег» может быть чисто символическим значением, подразумевавшим любой путь спасения благодаря человеческому разуму. «На Бога надейся, а сам…» («Не сотвори кумира себе») – звучит в народе вольная интерпретация слов Спасителя. Вот и получается, что обычный смертный, ученый Ной, изобретает путь спасения своей праведной семьи и тем самым спасает все человечество от полного истребления. А что же дальше? Далее модно спокойно вновь возвращаться к первым главам книги Бытия, когда на Земле нет ничего и когда Господь лишь стоит перед проблемой созидания. Кто же такой Ной? И не вырван ли кем-то сознательно фрагмент с «ковчегом», впоследствии переставленный с самого начала сразу в шестую главу (заметьте – в Откровениях Богослова именно шестой ангел собирает духов в Армагеддоне и именно на шестой день создает Господь Человека)?.. Потоп оканчивается в шестьсот первом году, к первому дню первого месяца, когда иссякла вода на Земле. И опять же получается, что «ковчег» проплавал 343 дня (столько продолжался Потоп согласно Писанию), т. е. столько же (при учете одного дня за год), сколько времени создавался Мир. Ко всему прочему, следует подчеркнуть, что и сам год по древнеиудейским традициям не состоял из 365 дней…

Заметим еще одну хитроумную особенность. Все дети Господние имеют, как бы в ознаменование своей причастности к Богу, так же как и все библейские спасители народа Иудейского, второе имя, начинающееся с древнееврейской буквы «Нун»: Иисус Навин, Иисус Назарей, Иисус Ноцри и пр. Да и сам Ной, как видим, имеет имя, начинающееся с той же буквы. Древнееврейское мистическое учение Каббалы расшифровывает имя Ноя как Создатель, т. е. Бог. Вот вам и все объяснение. Зачем канонизировать или благословлять самого Бога? Потому Ной и остается вроде бы в тени.

В главе пятой книги Бытия приводятся потомки от Адама до Ноя. Характерно, что именно здесь все родственники Ноя имеют так называемые библейские возраста, которые в дальнейшем уже не встречаются. Подсчитаем число лет от первого человека до глобального катаклизма, с которого, видимо, вновь начинается очередной цикл человеческой жизни. Получаем, что от Адама до Потопа проходит 1656 лет, а с учетом существования Земли со времени ее сотворения, еще + 343 года. Итого – 1999 год, это конец Апокалипсиса. А начало его – в 1918 году. Разумеется, Потоп может быть и аллегорией точно так же, как и в буквальном смысле не следует понимать то, будто бы Ной спасается лишь со своею семьей (не принимая в расчет всякую тварь, коей по паре). Родственные или кровные узы в Писании весьма относительны, поскольку уже в Новом Завете Христос, проповедующий по городам и селениям, на тщетные попытки приблизиться к нему, по случаю большого стечения народа, собственных матери и братьев, ответствует весьма категорически: «Матерь Моя и братья Мои, суть слушающие слово Божие и исполняющие его» (26 Мат. 8, 28). О том же он повторяется иной раз, указывая на юного Иоанна и называя его Матерью своею и братьями. По всей видимости, единство общих целей, общих задач и настроений, объединение по какому-либо неформальному – признаку, – главенствующая основа «семьи» в Писании.

Разберем теперь само учение Христа, проповедующего о Царствии Божьем, как видимо, Эдеме, в котором он каким-то чудом побывал… Известно, что в древней Иудее существовали так называемые Храмы Богини-Матери. В такие храмы почитали за честь отдавать на службу жертвенной проституции дочерей знатнейших родов. Девушки, зачавшие в этих храмах, продолжали считаться непорочными девственницами, а их дети объявлялись детьми божьими. Взять подобную жрицу замуж было особой честью для всякого мужчины. Дева Мария с отрочества была отдана на воспитание с последующим услужением в один из наиболее известных таких Храмов. Истинным отцом Иисуса был ее постоянный любовник, римский легионер Бен Пандира. Однако Христос вовсе не искушал себя ложью, называясь Сыном Божьим, придерживаясь традиций общества, в котором родился, вырос и жил. Не говоря уже о том, что Сынами Божьими по Торе называть себя имели право все потомки Адама и Ноя, коим уж наверняка он являлся…

Наиболее любопытный и загадочный период жизни Христа представляется с юношеского возраста до тридцатилетнего, когда он фактически начинает свои проповеди. Где был все это время Иисус? И что же он проповедует? Каноны общежития в стерильном обществе, так называемые заповеди Христианской морали. Народ не приемлет его и побивает каменьями. Но Христос упорно зовет народ Иудейский к спасению, обещая райские награды. Здесь, верно, он опять же подразумевает Эдем, где побывал и видел все воочию. Он призывает очиститься от духовной и физической скверны, дабы суметь вывести наиболее достойных в первозданный рай. Зачем-то собирает двенадцать апостолов… Но погодите, о двенадцати старцах говорится и в Откровениях Иоанна Богослова. Именно двенадцать старцев встанут у двенадцати врат (опять же на Земле, а не на небе) и всех праведников выведут в Царствие Божие, т. е. рай (23 Ис. 60, 19.0тк. 22,5).

Пророк Богослов тонко намекает, что двенадцать врат этих разбросаны по всей Земле. Почему не может быть одними из тех врат «ковчег» Ноя на Арарате?! Тем более, что по неканоническим учениям такие врата располагаются в основе своей на горах: Тянь-Шане, Тибете, Алтае, Гималаях и т. п. Может быть таким же местом и шотландское озеро со скалистыми берегами Лох-Несс.

Христос не был принят, его учение осталось лишь заветом ученикам и последователям, без истинного понимания практического спасения, превратившись в схоластическую теологию. Буквальную и закоснелую. Учение о живом Слове Божьем донесено не было!.. Христос был распят, после чего, явив чудо воскрешения, как видно, покинул Иудею, вернувшись туда, откуда пришел и куда звал не разумевших его сограждан.

Остановимся, наконец, поподробнее на Апокалипсисе Новейшего Завета, который по всем признакам мы переживаем достаточно давно. Уже «отпраздновали» мы царствие Антихриста. Ровно седьмицу, или семьдесят лет, в нашей многострадальной стране была под запретом какая-либо религия. Семьдесят лет наш народ находился под тяжкой доминантой атеизма. Религии, отвергающей в сути своей какие-либо религии и верования, и на отрицании том построенной. Коммунистический рай, утопически придуманный по принципам, уворованным из христианской морали, оказался несостоятельным, поскольку держался лишь на фанатизме привилегированной верхушки большевиков. Уже началось «великое воскрешение народов» для суда у великого белого престола. «И увидел я мертвых, малых и великих, стоящих перед Богом, и книги раскрыты были, и иная книга раскрыта, которая есть книга жизни, и судимы были мертвые по написанному в книгах, сообразно с делами своими» (12 Отк. 2, 23; 3, 5; 13, 8; 21, 27). Предаются огласке имена безвинно репрессированных в период царствия Антихриста, раскрываются их могилы, вынося на свет Божий истлевшие кости, называя поименно, дабы каждому воздалось по жизни его… Что это, как не отражение Святой Книги Откровений? И верно, грядет уже то время, когда человек будет искать человека на Земле и не найдет его, блуждая в одиночестве… Уже протрубил Ангел на Солнце, собирая всех птиц на вечерню Божию. И упала звезда Полынь, и воды стали горькими. Последствия Чернобыля еще долго будут напоминать о себе, как и та бомба, сброшенная на Хиросиму. Ну а вавилонская блудница, сидящая на багровом звере (по цвету красного знамени коммунизма) с семью головами и десятью рогами, упившаяся кровью святых и кровью свидетелей Иисусовых! Так же как и семь царей, семь генеральных секретарей идеологии Антихристовой, которые пали: Ленин, Сталин, Маленков, Хрущев, Брежнев, Андропов, Черненко и, наконец, сам зверь, который был и которого нет, что есть восьмым из числа семи, идущий в погибель. Не тот ли это царь Михаил, о ком пророчили сектанты?.. Президент без страны, сам себя «презревший».

Но вот мы, наконец, подошли к логическому завершению всех трех Заветов Писания, после чего все должно, как и после всемирного Потопа, вернуться на круги своя, начиная вновь эволюцию Бытия с Эдема. Так что же представляет из себя этот самый Эдем? Резервацию, где условия жизни продуманы до мелочей? Стерильная экологическая среда, приемлемая пища, микроклимат? И все это до тех пор, покуда не объявится заблудший змий с плодом с древа познания. Кстати, в Христианской мифологии змий – дракон или гигантская рептилия (Георгий Победоносец, поражающий Змия). Вот и получается, что до тех пор люди будут жить в искусственной изоляции, покуда не поймут, что благоприятная жизнь существует и за территорией их Эдема. Какой-нибудь одинокий динозавр забредет нежданно-негаданно за забор, а в пасти его будет съедобный плод («яблоко» – это так, для лучшего литературного восприятия), и расселятся после того люди по всей Земле. На то ведь он и плод познания. Срок жизни человеческой, разумеется, уменьшится почти вдвое. В первобытных условиях, среди дикой природы и опасностей, – попробуй проживи беспечно… Это ведь тебе не универсальные условия стерильного и обеспеченного мира. Опять же инфекции, микроорганизмы разные, вирусы… Но это не сразу, какое-то время человечество еще поживет в Эдеме до своей эмиграции из Рая. Только вот что же представляют собой те самые «врата», через которые праведники спасутся в Царствии Божьем?.. Иными словами – как попасть в тот хваленый Эдем? Для ответа вернемся к первоосновам Заветов.

Ежели Писание, не имея конкретного автора и представляя собою письменный пересказ человеческого Бытия, завершается тем, с чего в свое время начиналось, то есть заповедью грядущим поколениям (иными рассуждениями, «Словом»), попытаемся воспринять его как стройную циклическую систему выживания человечества на Земле, инструкцию к эволюции и существованию. Недаром ведь с первых же строк Откровения Богослова как бы подводится черта под сутью и смыслом всего Святого Писания. «Я есмь Алфа и Омега, первый и последний», иначе: где конец, там и начало всего сущего (Гл. 1,10 Ис. 44, 6; 48,12)… Периодичность человеческой эволюции отсюда очевидна. И вероятнее всего, уже не впервой переживает земной народ замкнутые витки Бытия от становления в искусственно созданном рае до глобального катаклизма с частичным спасением избранных, небольшой горстки людей, положившей основу миллиардам на рубеже очередного повтора…

Данные археологических раскопок лишний раз подтверждают правоту высказанного нами предположения. Калифорнийское высокогорное плато сохранило до наших дней окаменевшие отпечатки лап гигантского пресмыкающегося на дне некогда существовавшего в тех местах озера. Но тут же, рядом, можно наблюдать иные следы… от протектора современных армейских сапог. А еще несколько в отдалении – гусеничный след бронетранспортера. В Казахстане обнаружены кости звероящеров с пулевыми отверстиями. Институт криминалистики при помощи последних достижений науки, в том числе радиоуглеродного анализа, подтвердил, что пулевые сквозные отверстия относятся к периоду жизни пресмыкающихся, т. е. их ровесники. В 1928 году в свинцовых рудниках Броккен-Хилла (Родезия) найден череп неандертальца с пулевым ранением. В базальтовых породах палеопериода и пластах каменного угля обнаружены современные ложки, гвозди и даже хронометр. Все предметы, на удивление, датированы сотнями тысячелетий и миллионами лет своего существования. Как видите, свидетельств более чем достаточно. Связь между временами существовала и существует, это однозначно! Но где же искать легендарные «врата» времени?.. Видимо, их происхождение как-то связано с неоднородностью временного слоя, опоясывающего нашу планету. Подобное образование попросту ретранслирует все живое в определенную эпоху, подобно «черным дырам» в космосе, без какого-либо ущерба материи. И «дыры» эти естественным образом созданы на Земле! Через них забредают к нам, в настоящее, снежные люди или йети, сасквачи, как их называют, а на самом деле– неандертальцы. Ведь популяция этих существ в естественных условиях современности, при всем огромном желании, гак и не обнаружена. Появляются трехпалые чудища из фантазий мракобесов, плезиозавр озера Лох-Несс, «инопланетные гуманоиды» или последыши неправедных и неспасшихся людей, мутировавших до уровня головастиков (далекое будущее человечества, не включенного в цикл эволюционного обращения). Район Бермудского треугольника, Арарат, все то же озеро Лох-Несс, Белозерье, Тибетская Шамбала: вот они, мистически сокрытые врата двенадцати праведных старцев. По одному на каждые из врат, с периодом открытия последних через всякий месяц (по числу месяцев), и так в течение целого года. Трагическое землетрясение в Спитаке пришлось на район естественного «пробоя во времени», соответствующего периоду горообразования. Этим же объяснено исчезновение множества людей, населяющих город, кто так и не был обнаружен под обломками строений. Вот вам пример массового переброса живой материи в иное эпохальное время. Случаются и «блуждающие врата», но вообще-то они локально расположены в двенадцати пунктах Земного шара. Впрочем, это тема уже совершенно самостоятельной дискуссии.

Но вот только возможна ли массовая эмиграция, как и возможно ли принципиальное создание «Ноева Ковчега» или искусственного ретранслятора временных сфер, послужившего бы спасением избранным?.. Да и возможно ли само это спасение в Годину Искупления? Живет ли среди нас Ной, Спаситель и Создатель? Можно сказать с уверенностью и однозначно, что да! И само время тому свидетель. Уже известны опыты К. Торна и И. Новикова, теоретические выкладки о возможности перемещения во времени материальных тел без какого-либо ущерба последним. Известны работы профессора Пулковской обсерватории Н. Козырева и члена-корреспондента Белорусской Академии наук А. Вейника.

Учитывая возможность создания временных аномалий при помощи «сгустителя временной энергии» Вейника, вполне возможно предположить, что большинство изучаемых ныне аномальных явлений оказываются ни чем иным, как проявление «временных пробоев» из прошлого или будущего в местах естественно полученных временных аномалий за счет космических, земных геомагнитных и планетарно-климатических условий (естественное происхождение неравновесных систем), «черных дыр» с пониженной плотностью фиксирующего временного уровня.

Естественно предположить, что разработанный Вейником «сгуститель», продуцирующий «хрональное поле», вполне возможно подключить к специальному усиливающему электронному устройству и сфокусировав затем излучаемую энергию через параболическую антенну радиотелескопа, направить усиленный сигнал «тахи-волны» в точку астрономически рассчитанного планетарного расположения Земли относительно Солнца в то или иное конкретно заданное эпохальное время. Временной информационный «слой» должен подобно одежной молнии распахнуться в нужной предполагаемой эпохе, смоделировав неустойчивое подобие «черной дыры». Видите, как все просто?!.. А значит это, что практическая реализация «путешествий во времени» уже не за горами. Опыты продолжаются…

Завершая свою статью, мне хочется еще раз подчеркнуть, что все говоримое мною значимо для вас, и в грядущую Кончину Века следует наиболее глубоко переоценить пережитый путь каждого, дабы войти в новый мир созидания обновленными и чистыми телом своим и помыслами. Дожившие до дня насущного, я взываю к вам, – ЗА ВАМИ БУДУЩЕЕ! В Кончину Века вы должны вновь, обязаны спасти человечество. И да поможет вам в том Святое Провидение.

Слова заповеди со всеми вами.

Аминь.

Михаил Орлов

История сношений человека с Дьяволом

VII. Продажа души дьяволу и договор с ним

Всем и каждому известно, что враг рода человеческого никогда никому никаких услуг не оказывает даром, вознаграждение же за свои услуги он взимает всегда одно и то же – душу. Кто при жизни желает пользоваться силой дьявола, тот обычно уступает ему свой душу. В таком смысле и заключается между ними договор, а чтобы он был крепче, то его пишут, и человек подписывает его своею кровью. Бесчисленные процессы колдунов и ведьм в Средние века и ближайшие к ним столетия оставили нам любопытнейшие образцы этих договоров черта с человеком на запродажу души. Сообщаем здесь в подробном переводе один из таких договоров, напечатанный в книге «De la vocation des magiciens et magiciennes» («О призвании колдунов и колдуний»), изданной в Париже в 1623 году. Этот договор был заключен патером Лоисом (т. е. Людовиком) Гофриди. Вот его текст слово в слово:

«Я, патер Лоис, отрекаюсь от всех и каждого духовных и телесных благ, какие мне могли бы быть даны и ниспосланы от Бога, от Девы и от всех святых, а в особенности от моего покровителя Иоанна Крестителя, и от святых апостолов Петра и Павла, и от св. Франциска. Тебе же, Люцифер, коего я вижу и лицезрею перед собою, я отдаю себя со всеми добрыми делами, которые я буду творить, за исключением благодати Св. Тайн, из сострадания к тем, кому я буду оные преподавать, и сего ради я все сие подписываю и свидетельствую».

Дьявол же со своей стороны подписал по отношению к Лоису Гофриди следующее обязательство:

«Я, Люцифер, обещаю под моею подписью тебе, г-ну патеру Лоису Гофриди, дать силу и могущество околдовывать дуновением уст всех жен и девиц, каких ты пожелаешь, в чем и подписываюсь. Люцифер».

Замечательно, что в Средние века и последующие столетия в Западной Европе, и особенно в католических странах, очень часто вступали в договор и союз с дьяволом лица духовного звания обоего пола. Так, Боден сообщает о некоей Магдалине Делакруа, настоятельнице одного женского монастыря в Испании. С этой особой начали на глазах у всех монахинь, ей подчиненных, твориться самые изумительные вещи – вещи такого рода, что монахини о них умолчать не могли, а как только они о них заговорили бы, то почтенной игуменье, пожалуй, угрожал бы костер. В чаянии отклонить от себя эту плачевную участь, мать Магдалина поспешила принести повинную самому папе. Она исповедала ему, что еще с двенадцатилетнего возраста вступила в связь с дьяволом, и связь эта продолжается уже более тридцати лет. Дьявол, по ее словам, посещал ее ежедневно (или, точнее сказать, еженощно), располагаясь у нее на правах полного хозяина. Нет ничего удивительного поэтому, что с нею и начали твориться разные чудеса. Так, например, во время церковной службы она внезапно приподнималась на воздух. Во время причащения монахинь гостия сама собой из рук патера переносилась по воздуху ей в уста. Все эти необычайные вещи возбуждали неописанное изумление в монахинях и монастырском патере. Все они считали свой настоятельницу за святую. Но ее, очевидно, терзало сомнение, что дьяволу может прийти фантазия выкинуть с нею какую-нибудь штуку, которая уже не будет походить на святость, и тогда ей придется плохо. Это и побудило ее принести покаянную перед папою. Какой успех имела эта покаянная, мы не знаем.

В книге аббата Кальмэ («Трактат о явлении духов, привидений» и т. д.) рассказывается история одного злополучного молодого дворянина Михеля Людвига Бубенхорена, о которой запись сохранялась в одной из церквей, принадлежавших иезуитам в Германии. Родители этого юноши были богатые люди и, желая дать сыну хорошее образование, послали его в Лотарингию, чтобы он там изучил французский язык и науки. Молодой человек увлекся картежной игрой и продулся в пух и прах. Доведенный этим до отчаяния, он порешил продать свой душу дьяволу, если тот согласится доставить ему денег для игры, но денег настоящих, а не фальшивых. В те времена существовала уверенность, что при подобных случаях дьявол охотно дает деньги, но не настоящие, а старается как-нибудь надуть и вместо денег всучить черепки, камни или какую-нибудь скверность. И в ту самую минуту, когда он только подумал об этом, перед ним внезапно появился молодой человек такого же возраста, как он сам, красивый и богато одетый, и протянул ему руку, полную золота, и просил его посмотреть и испытать, настоящее ли это золото или фальшивое. Бубенхорен взял это золото и пошел играть, и сразу отыграл все проигранные раньше деньги, да сверх того еще выиграл до последней копейки все деньги, бывшие у других игроков. После того демон-искуситель вновь явился перед ним. Счастливый Бубенхорен спросил его, чем он может его отблагодарить, и дьявол попросил у него в уплату за услугу всего только три капли крови. Он собрал эту кровь в желудовую чашечку, потом подал Бубенхорену перо и велел ему собственной кровью написать, что продиктует. Продиктовал он сначала несколько совершенно непонятных слов. В упомянутой церкви, где вся эта история записана на стене, приведен и текст договора с дьяволом. Мы не можем сказать, существует ли эта самая церковь и надпись и поныне, но Кальмэ, говоря об этой надписи, называет ее «знаменитою», так что, стало быть, в его время, т. е. в XVII столетии, эта надпись была известна. Церковь же находилась в эльзасском городе Мольсхейме (ныне Мольтцен), близ Страсбурга. Договор был написан в двух экземплярах, из которых один остался у дьявола, другой же был вложен в руку Бубенхорена, а именно в то самое место, откуда была взята кровь. И при этом дьявол сказал ему: «Я буду служить тебе ровно семь лет, но после того ты станешь уже мой без всяких отговорок». Юноша согласился на это, хотя и не без тайного ужаса. Дьявол же после того стал являться ему ежедневно и научал его великому множеству разных вещей, совершенно никому не ведомых, но, однако, по существу, лишь исключительно таких, которые клонились к злу. Между тем срок договора постепенно истекал; юноше же было всего только двадцать лет и ему, конечно, хотелось жить. Он вернулся к отцу. Тут демон внушил ему мысль отравить отца и мать, сжечь отчий дом и в заключение наложить на себя руки. Но эти преступления ему не удались. Яд, который он дал родителям, на них не подействовал, а ружье, из которого он хотел застрелиться, два раза подряд дало осечку. Терзаемый отчаянием, юноша рассказал кому-то из домашних всю свой историю. Раздраженный дьявол за это так его рванул, что едва не переломил ему спину. Мать его было сектантка. Она рада была бы оказать помощь сыну, но духовенство ее секты ничего не могло тут поделать, и мать передала своего сына в распоряжение католического духовника. Юноша немедленно от него бежал, но его поймали и передали в руки иезуитов той самой церкви в Мольсхейме, где записана была эта чудесная история. Тогда демон стал являться ему в самых ужасных образах, чаще всего под видом кровожадных животных. Однажды демон подкинул иезуитам договор, подписанный Бубенхореном, но когда сличили тот договор с тем, который был на руке у юноши, то в тексте оказалось различие. Эта проделка была объяснена в том смысле, что дьяволу хотелось сбить людей с толку, вовлечь их в обман, чтобы они не знали, какой именно договор следует считать действительным. Между тем молодой человек 20 октября 1603 г. принес торжественное покаяние в церкви, исповедал католическую веру, отрекся от дьявола и был удостоен причастия. Но вслед за причащением он разразился ужасающим криком. Пред ним предстали два колоссальных черных козла. Они стояли на задних ногах, а в передних держали договоры с дьяволом, подписанные Бубенхореном. Духовенство тотчас же начало читать экзорцизмы, призывая имя св. Игнатия (Лоиолы, основателя иезуитского ордена). Козлы постепенно начали опускаться и, наконец, обратились в бегство, а в то же время из руки молодого человека без всякой боли и без всякого следа на теле выступил его договор с дьяволом и упал к ногам заклинателя. Но надо было еще добыть другой список контракта, тот, который остался у дьявола. Поэтому заклинания продолжались. Вновь призвали имя св. Игнатия и принесли торжественный обет отслужить в честь его мессу. И вот вслед за тем в церкви появился огромный безобразный аист, державший в клюве дьяволову копию с договора, которую он и положил на престол.

Средневековые демонологи утверждали, что существуют особые демоны-полуденники, т. е. такие, которые являются тем, кто вошел с ними в союз, например, колдунам, только в полуденное время. Они являются своим друзьям и союзникам иногда в виде людей, иногда зверей; иные из них принимают образ какого-нибудь неодушевленного предмета; иные дают себя заключить во что-нибудь, например, в кольцо, в бутылку, в графин; иные даже умещаются в какой-нибудь начертанной человеком фигуре, букве или цифре. Благочестивый Лелуайе, на которого мы уже много раз ссылались, с огорчением говорит о том, что подобный способ сношения с нечистой силой принадлежит к числу самых обыкновенных и распространенных.

Гулар передает со слов какого-то другого писателя его времени рассказ об одном ученом враче, который, войдя в союз с дьяволом, овладел этим злым духом и сумел заточить его в склянку, где тот у него и сидел постоянно, находясь в полном распоряжении своего обладателя. Во всех затруднительных случаях жизни, а в особенности медицинской практики, доктор обращался к своему пленнику, и тот давал ему превосходнейшие советы. Врач страшно прославился своим искусством, которое позаимствовал у дьявола, и золото лилось к нему рекою. Умирая, он оставил своим наследникам 26 тысяч экю – сумма громадная по тому времени. Но перед смертью с ним стало нехорошо: он почувствовал сильные угрызения совести; только эти угрызения привели его не к покаянию, а к ожесточению. Он впал в такую ярость, что начал на каждом шагу призывать черта и в то же время изрыгал страшные хулы на Провидение. В этом плачевном состоянии он и скончался.

Тот же Гулар приводит свидетельство об одном интересном путешествии грешника в ад. Эта история произошла в одном из мелких владений Неаполитанской области. В этой области правил одно время чрезвычайно жестокий и скаредный князь, который начисто обобрал и разорил всех своих несчастных подданных. Случилось однажды, что кто-то из этих бедняков, будучи укушен собакой этого князя, ударил ее и убил. Раздраженный тиран приказал схватить его и заточить в тюрьму. И вот через несколько дней тюремный сторож, принеся этому арестанту хлеб и воду, увидел, что дверь его камеры стоит запертая по всем правилам искусства, а самого арестанта в камере нет. Принялись его искать повсюду, и были в особенности изумлены тем, что нигде не удалось открыть – ни в самой камере, ни вокруг здания тюрьмы – решительно никаких следов подготовленного бегства. Об этом чудесном исчезновении арестанта, которое не могли ни понять, ни объяснить, доложили самому князю. Тот сначала распалился гневом на тюремную стражу, но когда все разузнал, то и сам был изумлен не менее тюремщиков. Так прошло несколько дней в совершенном недоумении. Потом вдруг в один прекрасный день тюремщики вновь нашли арестанта в его камере в том самом виде, в каком его там оставили, когда посещали в последний раз. На расспросы тюремщиков он отвечал требованием, чтобы его немедленно вели к князю, которому он должен сделать чрезвычайно важное сообщение. И вот что поведал он князю. Доведенный до отчаяния жестокостью тюремного заключения, всеми покинутый, ни на что не надеясь, не чая никакого спасения, он в отчаянии призвал к себе на помощь дьявола. Услужливый враг рода человеческого не замедлил явиться на его призыв, подхватил его и увлек прямо в ад. Интересно описание этого ада. Он представлял собой обширное, бездонное и мрачное подземелье, битком набитое грешниками. В бесконечной толпе этих грешников ему в особенности кинулись в глаза короли, князья, дворяне, папы, кардиналы, прелаты. Все эти сильные мира сего были в аду в тех самых великолепных облачениях, в каких щеголяли и красовались и на сем свете. И всех их пожирал адский огонь, все они изнывали в муках несказанных. В этой толпе грешников он узнал немало своих друзей и знакомых. Один из них заговорил с ним и сделал ему очень важное сообщение. «Ты останешься здесь недолго, – сказал он ему, – ты отсюда скоро выйдешь. Запомни же хорошенько, что я тебе скажу. Передай своему князю, что мера его беззаконий и жестокостей переполнилась и что если он не покается, то его ожидают здесь те же мучения, какие ты видишь. А для того, чтобы он знал и был уверен, что ты говоришь правду, ты передай ему секретный разговор, который я с ним вел». И при этом грешник подробно рассказал нашему невольному странствователю по аду где, когда, при каких обстоятельствах происходил тот разговор и в чем он состоял. Тут же, между прочим, посетитель ада рассказал кое-какие подробности об адском житье-бытье. Так, например, его поразили блестящие одежды и облачения пап, королей и других знатных мира сего: зачем, дескать, люди и в аду на себе сохраняют эти блестящие облачения? Но его путеводитель разъяснил ему, что все это золото и драгоценные каменья и всякие другие украшения суть не что иное, как адский огонь. В этом наш странник мог убедиться, прикоснувшись к одному из роскошно облаченных греховодников. То, что он принимал за золото, жестоко опалило ему руку, и след ожога оставался на ней. Князь был чрезвычайно поражен этим рассказом, а в особенности разоблачением тайны его разговора, которую он считал известной только ему одному. Все это так его потрясло, что он решился исправиться и начал с того, что отпустил на свободу этого несчастного человека, которого засадил в тюрьму за убийство своего пса. К сожалению, бедняку не пришлось счастливо воспользоваться своим избавлением от тюрьмы. Он был совершенно ошеломлен своим путешествием в ад, и это ошеломление уже не покидало его до самой смерти. Самая наружность его до такой степени изменилась, что по возвращении домой жена и дети не узнали его. Да и прожил он после того очень недолго.

Овладев человеком, сатана обычно налагал на него свой печать, т. е. отмечал свой добычу каким-нибудь особенным знаком. Демонологи старого времени очень усердно рассуждали об этих чертовых печатях. Жак Фонтен написал даже особую книгу, специально посвященную этому предмету: «Discours des marques des sorciers et de la reelle posession» («Рассуждение о знаках у колдунов и о подлинной одержимости»).

Обычным признаком того, что человек вошел в близкую связь с дьяволом, служила полная нечувствительность некоторых участков на теле одержимого. Эти места можно было колоть, жечь, и человек ничего не чувствовал, ни малейшей боли. Вдобавок уколы и порезы на этих местах не вызывали кровотечения. Впрочем, об этих признаках мы упоминали уже в главе пятой.

Благочестивый Фонтен, о книге которого мы только что упоминали, говорит об этих чертовых печатях: «Дьявол кладет эти знаки на тело колдунов не для того только, чтобы их можно было распознавать и отличать, подобно тому, как командиры кавалерийских отрядов распознают тех, которые принадлежат к их отряду, по цвету кафтанов, но ради того, чтобы подделаться под создателя всего сущего, чтобы явить свой гордость, показать власть, которую он приобрел над злополучными людьми, поддавшимися его коварствам и хитростям».

В начале этой главы мы упоминали о патере Людовике Гофриди, вошедшем в договор с дьяволом и за это сожженном на костре. На этого человека дьявол наложил более тридцати печатей. По смыслу договора видно, что этот служитель алтаря, затеявший столь рискованную игру на два фронта, главным образом имел в виду, заполучив в свое распоряжение сатанинское содействие, утолять свой болезненный эротический пыл.

Иногда печатями дьявола считались те места на теле колдуна или ведьмы или вообще человека одержимого, на которые нечистый дух возлагал свой перст; иногда судьи, специалисты по этой части, считали такими печатями разные непостижимого свойства предметы, полученные одержимым от нечистого. Так, в 1591 году схватили и судили старую нищенку, 80-летнюю старуху, Леонарду Шастенэ. Это была ведьма, в чем ее и изобличили самым неопровержимым образом. Достаточно сказать, что свидетели-очевидцы видели ее на шабашах, а перед такими свидетельствами в доброе старое время никакие запирательства, божбы и клятвы силы не имели. Да старуха в конце концов и сама чистосердечно покаялась. Она, между прочим, предъявила судьям какие-то два кусочка будто бы воска, как она уверяла. Судьи рассмотрели этот воск и не могли в нем признать ни одного из ведомых людям веществ. Это было и не удивительно, если принять в расчет путь приобретения старухой этих кусочков. Дело в том, что, когда она сидела в тюрьме, дьявол явился к ней в виде кошки. Измаянная допросами старуха сказала ему, что жизнь стала ей невмочь и что она хотела бы умереть. Тогда дьявол и дал ей эти два кусочка, советуя ей их съесть. Съешь, дескать, и умрешь. Но старуха почему-то раздумала прибегать к такому способу самоубийства и представила эти таинственные кусочки своим судьям. Она, бедная, быть может, рассчитывала на снисхождение. Но такой расчет в те времена был в высшей степени неоснователен.

VIII. Злобные проделки дьявола

Для того чтобы вполне оправдать внушительное наименование «врага рода человеческого», которое обычно придавалось дьяволу, народ приписывал ему множество злых, а главное, коварных и вероломных проделок с людьми, и притом не только с теми, которые трепетали и боялись его и всячески избегали, но и с теми, кто добровольно отдавался в его власть и искал союза с ним. Впрочем, в этом смысле трудно решить, кто кому больше насолил и кто кого коварнее и бессовестнее надувал – дьявол человека или человек дьявола, ибо надуть и посрамить дьявола, разумеется, для всякого крещеного было величайшим подвигом благочестия.

Дьявол особенно изощрялся в наглом надругательстве над человеческой жадностью. Мы уже упоминали вскользь о том распространенном веровании, что, например, деньги, полученные из рук дьявола, почти всегда были ненадежны и что такая дьяволова щедрость по большей части сводилась к так называемому «отводу глаз». Рассказы об этих плутнях черта пестрят собой страницы старинных сборников, вроде книг Гулара, Крепэ и др.

Чаще всего случалось так, что человек, получивший от черта целый мешок золота, оттягивавший ему руки, потом находил в этом мешке кучу углей или навоза. Идет, например, по улице добрый молодец и встречается с каким-то неведомым ему прохожим. Встречный останавливает молодца и спрашивает его, хочет ли он сделаться богатым? Тот отвечает, что хочет. Незнакомец подает ему сложенную бумагу и говорит, что он с помощью этой бумаги может иметь столько золота, сколько пожелает. Ему стоит только пожелать, чтобы у него была такая-то сумма денег, и эта сумма денег сейчас же явится. Но при этом ставилось одно условие: бумагу ни в каком случае не следовало развертывать, она должна была оставаться сложенною. Если человек сумеет удержаться от соблазна и соблюдет эти условия, то он в скором времени узнает, кто был его благодетель. Облагодетельствованный с восторгом бежит домой, запирается у себя в комнате, встряхивает таинственную бумагу. Из нее сыплется целый дождь золота. Но любопытство превозмогает над корыстью. Человек развертывает бумагу и что же там находит? Медвежьи когти, жабьи лапы и тому подобные ужасы. Он спешит бросить чертову бумагу в огонь, но она не горит, а тем временем золото, высыпавшееся из нее, уже успело исчезнуть неведомо куда. И злополучный человек убеждается, наконец, в том, что он стал жертвой чертовой проделки.

Какой-то скупец перед смертью позвал жену и велел ей принести ему его заветный мешок с деньгами, которые он собирал всю жизнь. Он с нежностью прижал этот мешок к своему сердцу, не хотел выпускать его из рук и умолял, чтобы его похоронили вместе с этим мешком. Так с мешком в руках он и скончался. После смерти домашним через великую силу удалось выпростать этот мешок из его окоченевших перстов. Но когда из него высыпали то, что в нем содержалось, то вместо груды золота, на которую рассчитывали наследники, они увидали двух жаб; кроме них в мешке ничего и не было. Дьявол в момент смерти скупца явился за его душою, вместе с нею мимоходом захватил и золото, а в кошель вместо него сунул жаб.

Св. Григорий Турский в своей книге о чудесах рассказывает такой случай. Один бедняк вздумал быстро обогатиться торговлею. Он придумал продавать вино прохожим. Но при этом по мере того, как вино убывало у него из посудины, он доливал его водою. Таким мошенническим способом он действительно в скором времени скопил себе деньжонки. Он положил эти деньги в кожаный кошелек и отправился купить новый запас вина, чтобы продолжать свой прибыльную торговлю. Он дошел до какой-то реки. Тут он вздумал что-то купить, вынул свой кошель и только что его развязал и вынул из него монету, как вдруг откуда ни возьмись налетела громадная птица, выхватила у него из рук кошелек и бросила его в реку. В руке у бедняка осталась лишь та монета, которую он вынул из кошеля. И эта монета представляла собой в точности тот первоначальный капитал, с которым он начал свой торговлю. Он одумался, счел этот случай за предуведомление свыше и перестал мошенничать.

В 1606 году чрез одну деревню в Франш-Контэ проходил какой-то незнакомец, весьма благообразно одетый. Повстречав местного жителя, крестьянина, который вел лошадь, незнакомец стал просить его, чтобы он ему продал эту лошадь. Крестьянин согласился, и они поладили на восемнадцати дукатах. Но у незнакомца было с собой только всего двенадцать дукатов, и потому в залог недостающей суммы он оставил свой золотую цепь, обещая выкупить ее на обратном пути. На другой день продавец лошади, завернувший цепь и деньги в бумагу, цепи в этой бумаге уже не нашел, а вместо золотых дукатов в бумаге лежали свинцовые бляшки.

В книге Кальмэ рассказывается такой случай. Юноша из хорошей фамилии был определен родителями сначала в военную службу, потом, так как он нехорошо вел себя, взят был родителями домой, чтобы отдать его в школу. Но мальчик уже разленился и распустился, учиться ему вовсе не было желательно, и он бежал из родительского дома с намерением вновь поступить в военную службу. По дороге он встретился с каким-то человеком, очень богато одетым, но обладавшим чрезвычайно зловещею внешностью, черным и безобразным. Незнакомец спросил, куда он идет и почему он так печален, прибавив к этому, что он может его превосходно устроить, если он согласится служить ему. Юноша в первую минуту подумал, что незнакомец хочет нанять его для своих услуг, и попросил у него времени на размышление. Однако пышные обещания незнакомца показались юноше подозрительными. Он всмотрелся повнимательнее в своего спутника и заметил, что у него левая нога раздвоена. Юноша ужаснулся, перекрестился и сотворил молитву, и незнакомец тотчас исчез. Но через три дня тот же незнакомец, в том же самом образе вновь появился перед юношей и спросил, обдумал ли он его предложение и согласен ли служить у него. Юноша отвечал отказом. Незнакомец спросил его, куда он идет, юноша назвал то место, куда шел. Тогда незнакомец бросил перед ним на дорогу увесистый кошель, который стукнулся о землю с весьма аппетитным звоном. В этом кошеле было множество золотых монет, которые горели и сверкали, как будто сейчас были отчеканены. Разговорчивый незнакомец стал давать юноше много разных злых советов, а главное, настойчиво убеждал его отказаться от употребления святой воды и причастных облаток. Юноша, ужаснувшийся этих предложений, перекрестился, и в то же время его с такой силой ударило о землю, что он целый час лежал без памяти. Золото же, которое ему вручил злой дух, оказалось простой медью.

Дьявол, неистощимый в своих ухищрениях, много раз сбивал с толку своих жертв тем, что вначале, когда только приступался к ним, побуждал их совершать разные подвиги благочестия и этим путем мало-помалу старался подчинить их своей воле. Так, Боден рассказывает историю какой-то девицы, которая была одержима дьяволом и над которой уже хлопотали опытные монахи-заклинатели. Однажды на вопрос заклинателя, что делать девице, чтобы избавиться от злого духа, этот последний ее устами отвечал, что она должна сходить на богомолье в один отдаленнейший монастырь, причем через каждые три шага она должна останавливаться и класть поклоны. А придя в тот монастырь, она должна была отслужить молебен св. Анне: после того она будет освобождена от нечистого духа. И в самом деле, когда девица все это исполнила, злой дух вышел из нее в виде белого призрака, который видела она сама и патер, служивший для нее обедню.

Но подобные случаи не всегда кончались так благополучно, потому что дьявол пользовался внушениями благочестивых подвигов вовсе не против себя, а, наоборот, в свой пользу. Как пример подобного рода ухищрений и коварств лукавого Боден приводит случай с одной девицею, памятный всем жителям Парижа, потому что он произошел в этом городе. Боден указывает с точностью адрес этой девицы, улицу и дом. История эта случилась в семье одного парижского басонщика. Он взял к себе на воспитание свой племянницу-сиротку. Однажды, когда эта девочка молилась на могиле своего отца, перед ней внезапно предстал сам сатана в образе громадного черного человека. Он взял девочку за руку и сказал ей: «Не бойся ничего, дружок мой. Твоему отцу и твоей матери на том свете хорошо. Надо только отслужить по ним несколько обеден и сходить на богомолье (в такой-то монастырь), и тогда твои родители пойдут прямо в рай». Девочка полюбопытствовала спросить у этого ревнителя о спасении душ, кто он таков. Он так прямо и отвечал, что он не кто иной, как сам сатана, но тут же успокоил ее, чтобы она ничему не удивлялась и ничего не боялась, а делала бы то, что он ей говорит.

Девочка послушалась его: отслужила обедни, сходила на богомолье. Тогда он снова явился к ней и сказал ей, что надо еще совершить богомолье в другой, отдаленной от Парижа, монастырь. Но на этот раз девочка отказалась, говоря, что она одна не может идти в такой дальний путь. С этих пор нечистый уже не отставал от нее. Он внушал ей самые гнусные и мрачные мысли, искушал ее то броситься в воду, то удавиться, и с этой целью даже надевал ей веревку на шею. Дядя, которому девочка рассказала обо всех этих проделках, всеми мерами оберегал девочку от козней лукавого, и за это в один прекрасный день был так им избит, что несколько дней пролежал почти при смерти. Случалось, что сатана жестоко бивал и девочку, когда она оказывала сопротивление. В числе лиц, к которым дядя обращался за помощью, был, между прочим, секретарь одного епископа, который, разузнав дело, преподал девочке весьма мудрый совет. Он убедил ее никогда ни на какие слова и разговоры лукавого ничего не отвечать и никаких его советов не исполнять, даже в том случае, если он будет предписывать какие-нибудь подвиги благочестия. Девочка так и поступила. Сатана же, видя, что он ничего ровно от нее не может добиться, со злобой ударил ее оземь и страшно изувечил, но зато с этой поры оставил ее в покое и больше уже к ней не являлся.

Испанские завоеватели Америки и первые путешественники по этой стране были страшно поражены свирепствовавшими там ураганами, которые и местными туземцами приписывались особому богу бурь. Испанцы истолковывали ураганы как дьявольские игрища. Овиедо, однажды поднявшись на какую-то гору в Центральной Америке, увидел, что весь лес, покрывавший эту гору, повален и нагроможден в невообразимом хаосе. Лес, разумеется, был повален ураганом, но Овиедо так ужаснулся этому опустошению, что не задумался приписать его дьяволу.

Черту не раз приписывались опустошительные пожары, причем, конечно, его самого видело пред пожаром множество народа и слышало его угрозы. Таким путем, по преданию, погиб в 1533 году город Шильтах в Германии. Дело происходило в четверг на Страстной неделе. Началось с того, что дьявол забрался на крышу одного дома и начал неистово свистать. Забрались люди на крышу, чтобы снять оттуда свистуна, но никого там не нашли, а когда спустились, свист начался снова, и эта проделка повторилась несколько раз. Люди постигли, наконец, что тут шутит дьявол, собрались около дома целой толпой и наскоро позвали двух патеров. Духовенство начало читать заклинания. На вопрос, кто он и зачем пожаловал, дьявол немедленно и охотно ответил, что пришел затем, чтобы спалить весь город. Когда же патеры начали ему грозить и заклинать его, он крикнул:

– Очень я вас боюсь! Разве я не знаю, что оба воры, а один еще сверх того распутник!

Вслед за тем рядом с ним на крыше появилась одна женщина, с которою, как потом разведали, дьявол состоял в сожительстве четырнадцать лет, хотя злодейка все это время аккуратно каждый год ходила на исповедь и причащалась. Он вручил ей горшок с огнем и приказал повсюду раскидывать этот огонь. Женщина плеснула из горшка огнем во все стороны, и в ту же минуту весь город был объят пламенем и сгорел дотла. Этот пожар Шильтаха (или Сильтаха) описывается у многих авторов XVI и XVII столетий. Один из них говорил, что огонь падал в виде огненных ядер или бомб, и притом сразу на весь город. Иные жители бежали на помощь соседям, видя, как их дом загорался, но в ту же минуту загорались их собственные дома, и люди вследствие этого метались по городу, как безумные. Автор этого описания слышал свидетельство очевидца пожара, патера. Тот уверял, что дьявол явился пред самым пожаром и обнаружил свое присутствие громким свистом и голосами разных птиц и зверей. Дьявол швырнул в этого патера обручем от бочки, и обруч попал ему на голову и сел на ней наподобие венка. Потом он громко спросил у собравшейся публики: слыхали ли вы, дескать, как каркает ворон? – и немедленно начал сам каркать, но столь ужасно, что все присутствовавшие дрожали от страха. Тут же мимоходом лукавый многим из присутствовавших напомнил о разных их секретных грешках, повергая их этими разоблачениями в неимоверное смущение.

В 894 году дьявол едва не спалил город Реймс – место коронования французских королей, да и спалил бы, если бы город не имел тогда мощного защитника в лице благочестивого архиепископа св. Реми. Вот как рассказывает об этом происшествии реймский летописец.

Архиепископ молился в одной из городских церквей, благодаря Всевышнего за то, что ему была ниспослана удача – спасти несколько душ от козней дьявола, как вдруг ему прибежали сказать, что весь город объят огнем. Опытный ратоборец с лукавым тотчас распознал, чьи это штуки; распалясь благочестивым гневом, пастырь топнул ногой и воскликнул:

– Узнаю тебя, сатана! Значит, мне все еще не удалось покончить с твоею злобою.

В одной из реймских церквей показывают плиту пола, по которой тогда топнул св. Реми; на ней остался отпечаток его стопы.

Взяв в руки свой пастырский жезл, святитель вышел на улицу. Прямо перед ним огонь пожирал целую груду деревянных домиков с соломенной кровлею – тогдашних обычных жилых построек. Св. Реми смело пошел на огонь, осеняя себя крестным знамением, и огонь тотчас начал перед ним отступать. Так шел он вперед, творя крестное знамение, и огонь отходил все дальше и дальше, словно задуваемый невидимой силою, исходившею от святого человека. Иной раз казалось, что огонь вступает в борьбу со святителем, окружает со всех сторон, как бы стремясь пожрать его; но св. Реми своим страшным крестом побеждал силу дьявола. Наконец, отступив, так сказать, по всей линии боя, вынужденный покинуть все постройки, которые им были захвачены, огонь, как побежденный зверь, издох у ног архиепископа; по воле святителя он отступил за город и спустился в ров, который окружал город. Там святитель отпер дверь, ведшую в подземелье, низверг туда огонь, подобно тому, как низвергают в бездну злодея, повелел замуровать дверь и под угрозой гибели тела и души воспретил кому бы то ни было и когда бы то ни было открывать эту дверь. Случилось однажды, что какой-то любопытный, а быть может и неверующий, человек открыл эту дверь; но из подземелья на него хлынул поток пламени, которое пожгло его без остатка, а потом само ушло и скрылось в подземелье, где воля и заклятье святителя держат его и будут держать до скончания века.

Эта легенда очень известна во Франции. О ней упоминает Гизо, сравнивая эту эпическую борьбу пастыря с адским огнем с классической легендой о борьбе Ахилла против Скамандра.

Дьявола всегда считали охотником выкидывать разные мелкие штуки, «холопские», как выражается один из благочестивых писателей XVII века – Гейстербах. Этот писатель рассказывает, между прочим, о жизни одного весьма благочестивого священника. Дьявол чрезвычайно долго изощрялся над ним, давши себе слово вывести его из терпения всякими злобными и досаждающими проделками. Так, например, когда почтенный патер читал свой требник, дьявол потихоньку подкрадывался к нему и клал лапу на то место книги, которое тот читал, чтобы помешать ему читать. Иногда он внезапно захлопывал книгу или перевертывал страницы. По ночам, когда благочестивый патер читал при свечке, дьявол задувал свечку. Всеми этими проделками дьявол имел в виду вывести из терпения святого человека, заставить его рассердиться, выговорить какое-нибудь бранное слово. Это был бы хоть и маленький, а все же грех. Но лукавый напрасно старался. Патер переносил его штуки с таким безграничным терпением, что нечистый, видя, что от него ничего не добиться, должен был от него отстать.

О том, как черти сбивают путников, заставляют их плутать, заводят в незнакомые места, в болота и т. д., об этом существует бесчисленное множество сказаний как среди народа, так и у старых писателей, между прочим и у отцов церкви. Об этих проделках дьявола упоминает, например, св. Кассиан. Гильом Парижский упоминает о каком-то фокуснике или комедианте, к которому пристроился дьявол и постоянно досаждал ему своими штуками самого озорного свойства. Так, например, по утрам он будил его, стаскивал с него одеяло, а если тот не вставал, то и самого его стаскивал за ноги на пол и т. д. Такие черти-баловники были известны даже в глубокой древности. У римлян чертей в нашем смысле слова не полагалось, но зато у них было бесчисленное множество всяких гениев – домашних, лесных, водяных и т. д. Эти невидимые существа, населявшие весь мир, тоже не прочь были пошалить со смертными на манер наших шкодливых чертей. Так, например, Плиний рассказывает, что в одном доме в Риме домашние духи (лары и пенаты) по ночам забавлялись тем, что стригли людей. Их видели в то время, как они, одетые во все белое, входили в комнаты спящих людей, садились к ним на ложе, обрезали у них волосы и раскидывали эти волосы по полу.

Однако те же черти весьма нередко принимали на себя и более почтенную задачу – жестоко карали злых людей и грешников за разные их злодеяния. У Гулара сообщается, например, такое происшествие. В первой половине XVI столетия в одной местности в Германии жил-был помещик, отличавшийся чрезвычайно свирепым и прижимистым нравом, настоящий тиран принадлежавших ему крестьян. И вот однажды этот помещик приказал одному своему мужику отправиться в лес, срубить там огромный дуб и доставить его к нему на дом, пригрозив, конечно, что если он этого не сделает, то ему придется худо. Бедный мужик понял, что жестокий барин нарочно придумал для него работу выше сил человеческих, чтобы только придраться и подвергнуть его истязанию. Он, однако, побрел в лес, присел там на пень и залился слезами. Вдруг перед ним появился какой-то человек и спросил его, о чем он так грустит. И когда мужичок рассказал ему свое горе, незнакомец его успокоил, сказал, что все будет сделано как следует, и велел идти домой. Едва успел мужичок вернуться в деревню, как вдруг громаднейший дуб, влекомый неведомой силою, налетел на дом злого помещика и со всего размаха всунулся в дверь целиком со всеми своими сучьями и ветвями. И его не было возможности не только сдвинуть с места, но нельзя было даже отрубить у него ни одной ветки, потому что дерево оказалось твердо, как камень. Злому помещику пришлось совсем покинуть ту часть дома, куда внедрился этот дуб, и прорубить окна и двери с другой стороны.

Вот еще история, тоже передаваемая Гуларом и наставительно свидетельствующая о том, сколь опасно отдаваться гневу и, отдавшись ему, упоминать нечистую силу. Какой-то дворянин созвал к себе гостей на пир, но перед самым пиршеством от всех званых явились посланные с извинениями, что гости не могут быть. Дворянин чрезвычайно был рассержен этой неудачею и в гневе вскричал: «Коли ни один человек не хочет прийти ко мне в гости, пусть все дьяволы пожалуют ко мне!» После этого он тотчас вышел из дому и отправился в церковь, где в это время шла служба. Пока он был в церкви, на двор к нему явилась вдруг целая куча гостей. Все они были верхом на конях, все одеты в черное и произвели на домашних очень тревожное впечатление. Один из гостей обратился к слуге и приказал ему сходить сейчас же за хозяином дома и позвать его домой, чтобы встречал гостей. Перепуганный слуга побежал в церковь, рассказал хозяину о неожиданных гостях, а тот в свой очередь обратился к патеру с вопросом, как ему быть. Все они сейчас же кинулись к дому и прежде всего поспешили выкликнуть оттуда всех домашних. Те выбежали впопыхах и при этом забыли в доме маленького ребенка. А между тем гости, то есть черти, столь торжественно приглашенные самим хозяином, уже вломились в дом и расположились в нем. Таким образом дитя, спавшее в колыбели, осталось в их власти. Ворвавшись в дом, черти подняли в нем страшную возню. Слышно было, как они кувыркают столы и стулья и прочую мебель. Окна открылись настежь, и в них начали показываться медвежьи, свиные, собачьи и козлиные морды. Многие из этих чудовищ подходили к окнам, держа в лапах куски жареного мяса, хлеба, кубки, полные вина, и т. п. Их звали в гости, и они угощались. И вот в то время, когда хозяева этого дома и сбежавшиеся толпой соседи с ужасом смотрели на все это, хозяин дома вдруг увидел, что его маленького ребенка нет с ними и что, следовательно, он остался в доме во власти чертей. Тогда хозяин взмолился к одному из своих верных слуг, умоляя его войти в дом и выручить ребенка. Получив благословение патера и напутствуемый добрыми пожеланиями собравшейся толпы соседей, добрый служитель вошел в дом, стал на колени, поручил себя покровительству Божию и затем смело вступил в ту комнату, где были черти. Иные из них сидели, иные ходили и ползали по полу. Как только он вошел, они все на него набросились с оглушительным свиным хрюканьем, спрашивая его, зачем он пришел. Ребенок, оставленный в доме, был на руках у одного из чертей. И вот между верным служителем и чертями началась борьба; он именем Божиим требовал, чтобы они выдали ему невинного младенца, а черти не отдавали. Но храбрый служитель, громко творя молитву, бросился к черту, который держал младенца, вырвал его из его лап и побежал. Черти подняли адский шум, хрюкали, свистали, ржали, выли, требовали младенца назад, грозили храброму служителю, что растерзают его в клочья, но он, не обращая никакого внимания на их вопли и угрозы, благополучно вынес младенца и передал его с рук на руки отцу. Ужасные гости, однако же, еще несколько дней оставались в доме, их не удалось сразу выкурить оттуда, как говорится, ни крестом, ни пестом. Но урок послужил на пользу хозяину: он с этих пор сделался добрым христианином.

Отдел II

Духи народных сказаний

I. Демонические существа народных сказаний, соответствующие типу нашего домового

Народная фантазия создала целые сонмы духов, которые в дохристианское время примыкали к мифологическому персонажу, представляя собой что-то вроде полубогов или низших божеств. Все это, разумеется, по водворении христианства очень легко спуталось с нечистой силою, так что нам для полноты картины приходится бросить взгляд и на весь этот поэтический мирок второстепенных бесплотных существ.

Благочестивым демонологам доброго старого времени было немало хлопот с этими расплывчатыми созданиями народной фантазии. Причислять их прямо к адским силам, к чертям они как будто бы не решались. А между тем, коли они не черти, то кто же они? Куда с ними деваться, куда их приткнуть? Отсюда и те колебания, которые слышатся во мнениях даже таких знаменитостей, как, например, архиепископ Олай Магнус, громкий авторитет своего времени (ум. 1568). В своей истории народов Севера он, между прочим, сообщает, что в Ирландии существуют духи, которые являются в человечьем образе. Обычно они принимают вид кого-нибудь знакомого тому, кому являются, и при этом всегда оказывается, что тот человек незадолго до того умер. Почему эти духи и считаются в народе душами недавно умерших людей. «Но, – добавляет Олай, – иные не считают их душами умерших, а считают демонами, которых древние называли лемурами, оборотнями, фавнами, сатирами, ларами, манами (латинск. manes – души умерших), пенатами, нимфами, полубогами, феями и множеством иных имен». Уже одно это длинное перечисление показывает, как шаток был взгляд почтенного архиепископа.

Итак, рассмотрим поближе эти плоды народного творчества. Начнем хоть с тех существ, которые в изображении народных сказаний всего ближе соответствуют нашему домовому. Названия этих духов у разных народов очень разнообразны. Немцы их зовут «кобольдами», ирландцы – «клюйрконами», шведы – «тонту» или «Том Губбе», испанцы – «дуэнде и траего», французы – «гобленами», «лютенами», «фоллэ» (feu follet значит блуждающий огонек), англичане – «Робин Гуд», «пок», «хобгоблин» и т. д. В поэзии они носят еще общее название эльфов; но это, как нам показалось, особый тип, и мы о нем скажем потом.

Ирландский клюйркон является всегда один. Он чаще всего принимает вид морщинистого маленького старичка в древнем платье. Его ненавидят за то, что он всегда строит злые штуки, и встреча с ним не предвещает ничего доброго. Но его можно обуздать и покорить либо угрозами, либо обещаниями; тогда он становится покорным слугою; впрочем, как гласит народное верование, из клюйркона выходит только хороший сапожник, и больше ничего. Правда, он всегда знает, где зарыты клады, но можно ли и как именно принудить его указать место, где есть клад, об этом история умалчивает. Клюйрконы чаще всего живут при доме, обычно до тех пор, пока остается в живых хоть один член рода, владеющего домом. Этой чертой он сближается с нашим домовым. Он хорошо обходится с хозяином дома, но только до тех пор, пока тот его хорошо кормит. Пища же ему всегда ставится в определенное место, и если он там ее не найдет, то может крепко досадить.

Вообще надо заметить, что рядом с духами, довольно близко примыкающими к нашим домовым, кикиморам, отчасти к житным демонам, народные сказания приплели личных гениев, т. е. тех бесплотных существ, которые, так сказать, приставлены к каждому человеку, чтобы руководить его жизнью, мыслями, поступками. Это что-то вроде тех двух ангелов – белого и черного, благого и злого, – которые полагаются каждому магометанину. В европейских сказаниях эти личные духи по большей части для человека благодетельны, а потому могли бы быть исключены из области сношений человека с демоном, но благодаря путанице понятий и представлений их все же затруднительно начисто выделить из толпы адовых исчадий, и христианское духовенство косо смотрело на них. Надо, значит, и о них дать понятие. Посмотрим, что о них повествовалось.

Личный гений, по словам Плутарха, был у Сократа. Об этом сам великий философ часто говорил своим друзьям; он постоянно чуял около себя его присутствие и знал, что этому благодетельному гению он обязан в значительной мере и своим благополучием, и личным усовершенствованием, так как его невидимый хранитель предупреждает его о грозящих опасностях и останавливает каждый раз, когда он готов сделать что-нибудь нехорошее.

Боден, автор «Демономании», приведя в своей книге это сказание о Сократе и его гении, прибавляет со своей стороны рассказ о каком-то лично ему известном благочестивейшем муже, с утра до ночи молившемся и певшем псалмы. Этот человек все просил Бога о том, чтобы ему дан был ангел-хранитель и попечитель, и молитва его была услышана. Кто-то незримый руководил его во всех случаях жизни, предварял об опасностях и однажды даже ему явился в виде лучезарно прекрасного младенца, сидевшего на его ложе. Но по ходу дела здесь мы видим уже явно благодетельного духа, не имеющего ничего общего с адовыми исчадиями.

Совсем в ином освещении является перед нами личный гений знаменитого врача и философа Корнелия Агриппы (ум. 1534). У него была черная собака, жившая при нем и часто его сопровождавшая, и собака эта была не кто иной, как сам дьявол. Обычно этот пес пребывал в кабинете у ученого, лежа на груде книг и бумаг, в то время как его хозяин что-нибудь читал или писал. Каким путем Агриппа приобрел себе такого домашнего гения, это осталось невыясненным. Но адское происхождение его пса сомнению не подлежит. Будучи при смерти и побуждаемый духовником к покаянию во всех своих прегрешениях, Агриппа снял с шеи своего пса особый ошейник, весь утыканный гвоздями, которые были на нем так расположены, что из них выходила какая-то магическая надпись. При этом он с тяжким вздохом сказал своему четвероногому гению: «Уходи, злополучный зверь, причина моей гибели!» В самую минуту смерти своего хозяина та собака выбежала из дому, бросилась в реку и утопилась.

По словам того же Бодена, в Пикардии жил какой-то дворянин, обладавший таинственным и любопытным перстнем, который он приобрел за весьма дорогую дену от одного испанца. В этом перстне посредством каких-то особых чар наглухо и на вечные времена был заточен черт. Злополучное детище адово было так и с таким заклятием пристроено в перстне, что волей-неволей было вынуждено оставаться покорным рабом человека, которому принадлежал перстень. Так выхвалял свой товар испанец, продававший перстень. Но не так оказалось на самом деле. Черт в перстне действительно был заключен, но видно было, что заклинание его сделано весьма ненадежно, потому что лукавый то и дело нагло врал своему хозяину всякие небылицы, и вместо того чтобы служить ему верой и правдою, только путал его и сбивал с толку. Раздраженный пикардийский дворянин, весьма здраво рассудив, что обладание таким талисманом только губит его душу, а не приносит никакой существенной пользы, порешил от него отделаться и бросил его в огонь в весьма неосновательной уверенности, что огонь, разрушив перстень, истребит вместе с тем и злого духа. Он не понимал, что пустить черта в огонь – это то же самое, что пустить щуку в воду. Дьявол, конечно, благополучно освободился в огне от перстня и немедленно вселился в самого пикардийца, который с этого времени и сделался форменным бесноватым.

Тому же Бодену представился однажды случай познакомиться с каким-то человеком, который решительно не знал, куда деваться и что делать, чтоб спастись от злобных проделок нечистого духа, который пристроился к нему почти в постоянные спутники, хотя тот человек и не думал сам искать его дружбы. Так, например, по ночам он часто будил его, хватая за нос, и вслед за тем жестоко бил. Злополучный человек с рыданиями и стонами молил оставить его в покое, но злобный дух не внимал этим мольбам, все приставал к нему, прося работы. У лукавого, очевидно, было намерение навязаться этому человеку в качестве исполнителя его греховных прихотей, чтобы затем овладеть его душой. В конце концов несчастный человек начал мало-помалу поддаваться соблазну. Он вздумал испытать могущество черта, который навязывался к нему со своими услугами. Он приказывал ему, например, доставить ему богатство, или помочь овладеть любимой женщиною, или указать ему тайные силы и свойства трав, камней и т. д. Но черт оказался существом либо уж очень лукавым, либо совсем бессильным, а может быть, тем и другим вместе. Ни одного желания того человека он как следует не исполнил и вдобавок врал и путал на каждом шагу, а главное, занят был тем, что подстрекал человека на разные мерзости. Дойдя до этой точки, одержимый как раз и встретился с Боденом и просил его совета, как ему отделаться от навязчивого черта. Боден, конечно, посоветовал ему крестное знамение и молитву, но после того уже не встречался с ним и не знает, чем у него кончилось дело.

В Германии распространена вера в духов, которые очень смахивают на наших домовых. Их иногда называют там «полевыми духами» или, правильнее сказать, «полевыми детьми» (Heidekind). Об одном из этих существ и его проделках сохранилась запись в известной летописи Тритема. Около года в одной местности в Саксонии появился Heidekind. Он являлся людям в разных видах, но чаще всего проявлял свое присутствие лишь в каких-нибудь звуках и проделках, по которым судили, что он тут. В конце концов этот юркий дух пристроился в доме местного епископа, избрав в нем для своего местопребывания кухню. Вел он себя долгое время вполне прилично, помогал поварам в их работе, и они были им совершенно довольны. Но случилось, что один из поварят, маленький мальчик, особенно близко подружился с этим чертенышем и однажды, уступая внушениям своей детской шаловливости, устроил своему невидимому другу какую-то скверную штуку. В чем она заключалась, этого мы не знаем, но только чертенок был ужасно обижен и пожаловался на поваренка главному повару. А тот по неосторожности не обратил на эту жалобу никакого внимания и оставил обиду неотомщенного. Тогда чертенок уже распорядился сам. Он напал ночью на спавшего в кухне поваренка, задушил его, разрезал на куски и изжарил. С этого момента его злоба разнуздалась, и он начал устраивать гадости всем кухонным чинам. Об этом довели, наконец, до сведения епископа, и тот торжественным заклинанием повелел злобному духу удалиться из своей епархии. В этом происшествии народное воображение хотя и придавало явившемуся духу особенные черты, причисляло его к эльфам и этим как бы выделяло из сонма адских существ, но по ходу дела все же видно было, что это настоящий чертенок; вероятно при таком мнении остались все, кому проделки этого духа были известны.

Олай Магнус в своей книге упоминает о том, что жители Исландии почти все поголовно колдуны и у каждого из них есть свой личный или фамильный дух (значит, опять-таки нечто вроде нашего домового). Они называют этих духов «троллями». Эти тролли живут при доме как слуги, предупреждают своих хозяев о разных болезнях, неприятностях, опасностях, будят их как раз в те часы, когда предстоит изобильная рыбная ловля; если же хозяева отправляются на ловлю без предупреждения тролля, то им ничего не удается добыть.

В книге Кальмэ рассказывается о какой-то даме, по имени Люпа (неизвестно, когда и где жившей), у которой был свой домашний демон, живший у ней в доме тринадцать лет и исполнявший обязанности слуги. Дух этот был злобен и коварен. Сама г-жа Люпа была им капитальнейшим образом развращена, и сверх того он побуждал ее творить разные жестокости над людьми, которые были ей подвластны.

Знаменитейший итальянский философ и математик Кардан в числе других бесчисленных весьма подозрительного свойства диковин, которые он рассказывает о себе в своих книгах, упоминает, между прочим, о том, что в его распоряжении состоял бородатый демон, которому имя было Нифус и который обучил его, Кардана, философии.

Когда Лелуайе учился в Тулузе, тогда в доме, соседнем с тем, в котором он жил, появился и долго проказил шаловливый дух, бодрствовавший по ночам и в это время выкидывавший свои штуки. Его любимой проделкой было черпание воды из колодца; на дворе целую ночь раздавался плеск воды и скрип блока, по которому бадья спускалась в колодец. Любил он также ходить по лестницам, волоча по ступеням что-нибудь очень тяжелое; но в жилые комнаты он никогда не входил и людей не трогал. Это, судя по описанию, уже почти чистый тип нашего домового.

В Париже, в тамошней семинарии, по сообщению того же Кальмэ, у одного из воспитанников завелся домашний дух, который говорил с ним, прислуживал ему, прибирал его комнату, чистил одежду. Случилось однажды, что мимо дверей его комнаты по коридору проходил ректор семинарии. Услыхав, что в комнате происходит разговор, ректор вошел туда и с удивлением увидел, что семинарист был в комнате один, никого с ним не было. «Ты с кем же это разговаривал?» – полюбопытствовал ректор. Семинарист сначала отвечал, что он один, что разговаривать ему было не с кем. Но отец-ректор ясно слышал разговор и приступил к нему вплотную, требуя объяснений. Тогда семинарист покаялся и рассказал о своем домовом. Ректор потребовал доказательств. Семинарист приказал своему невидимому служителю, чтобы он подал отцу-ректору стул, и его приказание было сейчас же исполнено. Ректор донес об этом казусе парижскому архиепископу, и владыко порешил замять это дело и не давать ему огласки. Семинариста куда-то припрятали.

Кальмэ говорит еще, что ему рассказывали, будто в знаменитом Цистерцианском монастыре (он находится во Франции в Сито – Citeaux, по-латыни Cistertium) у нескольких монахов были домашние служебные духи, которые им служили так же, как сейчас упомянутому парижскому семинаристу. Одному из этих монахов его домовой однажды с тревогой сообщил, что между несколькими другими монахами того же монастыря началась жестокая ссора и что они, того и гляди, раздерутся. Монах кинулся на место происшествия и успел предупредить побоище.

Очень интересна история одного домашнего духа, которую Кальмэ слышал от графа Деспилье. Когда этот граф служил в молодости в кирасирском полку, в чине капитана, ему случилось однажды квартировать со своим полком во Фландрии. Солдаты были расквартированы по обывательским домам. И вот однажды к капитану является один из его солдат и просит перевести его в другой дом, так как в том доме, куда его поставили, ему всю ночь не дают сомкнуть глаза какие-то черти, являющиеся по ночам в его комнату. Деспилье расхохотался, пристыдил солдата и прогнал его. Однако через несколько дней солдат снова явился к нему с такой же просьбою. На этот раз капитан взялся было за палку, чтобы хорошенько вздуть солдата, испугавшегося чертовщины, но тот спасся бегством. Наконец, тот же солдат с той же просьбой явился к Деспилье в третий раз и на этот раз объявил, что если его не переведут в другой дом, то он сбежит со службы, предпочитая быть дезертиром, нежели терпеть такие страсти, какие выпали на его долю.

Деспилье порешил пойти сам и переночевать в том доме, грозя солдату, что если он соврал, то ему плохо придется. В то же время он чрезвычайно изумлялся и не мог понять, что сделалось с этим солдатом, который был ему известен за человека далеко не трусливого десятка. И вот в тот же вечер Деспилье пошел ночевать в страшный дом. Перед сном он тщательно зарядил свои пистолеты, положил их около себя под рукой и, не раздеваясь, улегся рядом с солдатом на одной кровати. В полночь он ясно слышал, как кто-то вошел в комнату. Деспилье хотел было схватить свои пистолеты и встать, но ему не удалось сделать ни малейшего движения, потому что кровать во мгновение ока была перевернута вверх дном, а капитан и солдат очутились под нею. Деспилье пришлось сделать неимоверные усилия, чтобы выкарабкаться из-под навалившихся на него матрацев и кровати. Он подхватил свои бесполезные пистолеты и, страшно переконфуженный, не говоря ни слова своему солдату и избегая глядеть на него, убрался восвояси. Солдат был, конечно, на другой же день переведен из проклятого дома, а Деспилье впоследствии много раз рассказывал эту историю.

Кстати, передадим здесь еще историю совершенно такого же рода, случившуюся с другим, тоже французским, знаменитым воином, именно с маршалом Морицем Саксонским. Ему однажды случилось проезжать через какую-то деревню, и он узнал, что в этой деревне есть гостиница, а в гостинице одна комната, где являются привидения, которые режут путешественников, и их потом находят в постели плавающими в крови. Содержателя гостиницы уже много раз притягивали за это к суду, но так как ничто не уличало его в том, что он принимал участие в этих убийствах, то его пришлось отпускать с миром. Знаменитый победитель при Фонтенуа был человек не робкий и притом свободный от суеверий. Он охотно вступил бы в бой с целой ратью привидений. Рассказ о заклятой гостинице подстрекнул его любопытство, и он решился переночевать в той самой комнате гостиницы, которая так мрачно прославилась кровавыми трагедиями. Денщик маршала был тоже человек храбрый и решительный. Они уговорились спать и бодрствовать поочередно, чтобы не быть застигнутыми врасплох. Первым улегся спать маршал; он не замедлил погрузиться в крепкий сон. Денщик добросовестно отдежурил свое время и приблизительно во втором часу ночи подошел к спящему маршалу, чтобы его разбудить, а самому улечься спать на его место. Он окликнул маршала несколько раз. Тот спал, не отозвался. Денщик тронул его за плечо, пошевелил; маршал продолжал спать. Денщик встряхнул его уж без всякой церемонии, а маршал все по-прежнему оставался неподвижным. Изумленный и испуганный этой бесчувственностью, солдат схватил свечку и подошел с нею к спавшему маршалу. Лицо спавшего было бледно, как у мертвеца, а когда солдат откинул с него одеяло, он не мог удержаться от крика ужаса, потому что буквально все тело маршала было залито кровью. Солдат тотчас же увидел и виновника этого кровопролития. На груди у маршала сидел громаднейшей величины черный паук и сосал его кровь. Солдат кинулся к камину, взял щипцы, схватил ими паука, который, видимо, отяжелев от выпитой крови, не в силах был оказать никакого сопротивления. Защемив его в щипцы, денщик бросил его в огонь. Маршал же очень долгое время не мог прийти в себя от потери крови. Так как таких пауков, которые могут источать из человека целые фонтаны крови, не водится ни в Европе и нигде на свете, то публика того времени, естественно, была склонна видеть в этом происшествии что-нибудь одно: либо злобную проделку врага рода человеческого, либо предположить, что солдат впопыхах ошибся и принял за паука вампира. А вампиры, как известно, с нечистым находятся в самом близком родстве и свойстве.

Письма читателей

Здравствуйте.

Хочу поделиться своими впечатлениями о вашей газете. Выписала впервые. И решили как всегда перед сном почитать. Знаете, на обыкновенного человека эта газета подействовала бы как сказка перед сном, а на человека слабого и впечатлительного, вот как я – эта информация – заряд страха и незащищенности. Посмотрите вокруг, люди как загнанные в угол зверьки. Повсюду ложь, насилие, хамство, неверие ни во что, безысходность, и вот этот страх. Страх перед жизнью, перед людьми, перед судьбой, перед богом, в сущности не зная что это такое. В газете, почти все публикации – это резкий контраст. Статья о боге, и тут же рядом о сатане, одна гипотеза сменяет другую. Мозг настраиваясь на белое, принимая информацию о черном, слоями давит на сознание человека. Простите за сумбурность моих высказываний, но ваша газета несет в себе сомнение и тревогу.

Что-то это письмо получается как критическая заметка, но я пишу то, что думаю. Знаете, вспоминаю сон давний почти детский. Вижу толпу людей, огромную, стонущую. А впереди гора высокая и почти недоступная. Зная что предстоит подъем на эту гору я растерялась, люди мешали идти. Вдруг вокруг меня все попадали на колени, начали на меня ругаться, чтобы я тоже была на коленях, точнее ниц. Я последовала их примеру, и уткнулась в землю, потому что вперед никто не глядел. Лежу так и чувствую что спина стала нагреваться, это тепло исходило от человека спускающегося с горы, он проходил между людьми и люди не поднимали головы, зная что он рядом, потому что спина стала совсем горячей, я вдруг чувствую – не выдержу подниму голову. В самый последний момент, когда мне показалось, что я ее подняла, я проснулась. Я все это знала и видела, но головы не поднимала. Краски и ощущения ото сна были полными, впечатляющими. Когда проснулась спина была горячей, и это удивительно. С тех пор этот сон не забывается, и я знаю что он значит. Много интересных снов было полных, ярких, но этот…

И в заключении я бы хотела сказать, что сейчас в 35 лет настал кульминационный момент в моей жизни. Пройдя белую магию, парапсихологию, йогу, я остановилась на служении богу. Люди в полной мере отдающие себя богу, горят искорками на темном покрывале земли. Этим людям нужно соединяться в большое светлое пятно. Пусть будет этих светлых пятен побольше, а темных мест все меньше. Хотелось бы, что бы, ваш журнал давал предпочтение светлым силам. Ну вот и все. До свидания. Да пребудет с вами сила Господня.

Целовальникова Л., г. Саранск

Уважаемая Целовальникова Л. А.!

Успокаивать и убаюкивать Русских людей в то время, когда их ведут на бойню и уже избивают насмерть, мы не будем.

Наша газета для сильных Духом!

Наша газета для тех, кто готов обрести себя, спасти свою бессмертную Душу вместе со своей Великой Родиной!

А слабые духом и пугливые пусть читают демократорскую прессу – пусть тешат свои животные инстинкты, перемалывают поганенькие сплетни, пережевывают подленькую чернуху… короче, исполняют все то, что и положено обрекшим себя на полусытенькое духовно-физическое рабство возле холопского корыта с «гуманитарными» подачками.

Я знаю, нас читают люди, честные, умные. Для них мы несем это бремя. Они верят нам, мы верим им. И мы прекрасно друг друга понимаем. Без такой умной, доброй, честной всенародной поддержки нас бы колониальные власти давно уничтожили. За это всем добрым людям Земли Русской низкий от нас поклон!

Юрий Петухов

Объявления