Метагалактика Юрия Петухова

Газета «Голос Вселенной» № 5 (1992)

Информационно-публицистическая и литературно-художественная независимая газета
Печатный Орган Высшего Разума Мироздания

Прорицание

Каждый день, ровно в тринадцать часов работа во всех лагерях будет замирать, все реанимируемые в единой громогласной стономолитве будут выражать свое восхищение Благодетелем интернации и приносить смертную присягу на вековечную верность Предтече до прихода самого Антихриста. Роль надзирателей-палачей в каждом лагере поочередно будут исполнять сами реанимируемые, подвергаемые порционному облучению. Новый мировой порядок приведет к полному искоренению преступности, проституции, наркомании и прочих порогов человечества. Беспрерывно всем реанимируемым, и днем, и ночью, будет подсознательно и явно внушаться, что наступил Золотой Век человечества, что окончательно и бесповоротно построен рай на Земле. Умиротворенное и оздоровленное человечество поголовьем свыше полутора миллиардов регенерированных особей будет трудиться по восемнадцать часов в сутки. К 16 августа 1998 года будет полностью завершена санационная обработка России. Не менее двухсот миллиардов крыс-людоедов, выполнивших свое предназначение в России, будет перегнано биотерминаторами на Ордыно-китайские территории, где им придется очистить землю, подземные и подвальные коммуникации от полутора миллиардов разлагающихся трупов и нескольких миллионов трансмутированных человеко-особей. Одновременно еще два фронта крыс-людоедов пройдут с юга на север по Латинской Америке и Афро-Азиатскому региону, включая острова Индийского океана. После полчищ санаторов будут оставаться безжизненно-чистые пустыни, пригодные для заселения. Латиноамериканский крысиный фронт будет истреблен биотерминаторами на границах со штатами Нью-Мексико и Техас. Ордынско-китайский фронт и Афро-Азиатский фронт сойдутся в районах Ганга и самоистребятся – обезумевшие от голода и бешенства крысы-трупоеды пожрут друг друга, остатки будут распылены биотерминаторами. Лагерные зоны в России будут содержаться исключительно с целью поставки консервационного сырья и питательной биомассы для реанимационных лагерей Америки и Европы. Сицилия, Мальта, Израиль и Кордова избегнут общей участи и исчезнут с лица Земли вместе со всеми обитателями в три часа ночи 13 августа 1998 года, на их месте останутся пылающие разверзнутые воронки, вместе с тем все родственники и близкие пропавших, живущие в иных местах, в ту же ночь проснутся в холодном поту от тяжелого сердцебиения и пронзительных ясно переданных телепатограмм, в которых будет сказано, что пропавшие не погибли, а, напротив, избежали гибели, воссоединившись с нижними звеньями функционеров Центра. Мир, благоденствие и покой воцарятся над Землею на год и один месяц. Все реанимированные будут совершать бесконечную цепь не осознаваемых ими действий по команде извне, в результате этих действий Землю начнет покрывать слой пахучего кристаллического ослепительно белого вещества алмазной прочности – ни один из землян, включая бывших специалистов высочайшего класса, не сможет определить химического состава и назначения вещества. Перед отходом к гипносну, сразу после молитвословия Предтече, каждый из реанимируемых должен будет безотрывно в течение получаса смотреть на фиолетово-лиловое мерцание Кровавой Фаты, все более и более увеличивающейся в размере. В ноябре 1998 года сотрудниками Центра будет рассекречен и блокирован подземный бункер-лаборатория с одними из последних землян, сохранивших свободу воли. Материалы исследований, конфискованные после уничтожения преступников, будут заключать данные о Кровавой Фате как гиперэнергоматериальной инферноцивилизации сверхразумных паукообразных экстрагуманоидов высшего порядка, которыми земляне воспринимаются как простейшие неразумные амебообразные. По материалам лаборатории Кровавая Фата является не сверхновой звездой (термоядерно-нейтринным супервзрывом), а искусственным поглощающим Пространство образованием, причем не приближающимся к Земле, а наоборот – выдернувшим Землю из ее Пространства, засосавшим ее в Предпространство и перебросившим в собственную периферийную зону с целью дальнейшего энергоматериального поглощения. Перед уничтожением секретная лаборатория успеет выпустить в открытый Космос радиопрозрачный сверхскоростной зонд с распадающейся на полмиллиона частей информоголовкой. Однако информация будет получена только тремя внешними цивилизациями Вселенной, остальные информчастицы будут уничтожены Центром. Достоверность данных лаборатории-бункера никто и никогда подтвердить не сможет, так как Земля после выпадения из Межузлового Яруса полностью утратит все виды связей с Существующей Вселенной. Ни одна из цивилизаций ни в одной из точек Пространства не зафиксирует явление Кровавой Фаты. Сгусток Черной Энергии на месте исчезнувшего земного шара рассосется через семь веков после исчезновения – околоземная зона будет объявлена закрытой для всех без исключения. Однако сама Земля будет в иных измерениях, бесконечно удаленных от ее прежнего местонахождения и семь веков ей не удастся просуществовать, она погибнет в ближайшие годы – это уже смогут расшифровать в лаборатории-бункере, но еще ни один из землян в лагерях не будет знать точного срока. За год всеземного спокойствия и благоденствия произойдет следующее: на месте поглощенной пучиной Австралии образуется зияющая огненная воронка радиусом до восьмисот километров – края воронки будут на несколько километров ниже уровня Мирового океана, однако ни одна капля воды не перельется в воронку; Уральский хребет осыпется, и на его месте образуется изрезанная кривая трещина, пересекающая Евразию с севера на юг, до 1 января 1999 года выкипят и испарятся все озера Восточного полушария, включая Байкал, лесоповальными спецкомандами полностью будет вырублена тайга, сельву Амазонки дотла выжгут биотерминаторы – в результате чего реанимируемыми начнет ощущаться нехватка кислорода, наиболее слабые начнут вымирать, на этом этапе их остатки не будут перерабатываться с применением консервантов, а будут пускаться непосредственно на питание реанимируемых человеко-особей, чье поголовье к этому моменту сократится до восьмисот миллионов; белое кристаллическое вещество покроет Землю слоем до семидесяти сантиметров; лилово-сверкающая Кровавая Фата займет свыше трети небосвода, в ее блеске будут отчетливо видны красные незатухающие точки, резонансно вспыхивающие в ответ на пульсирующее мерцание белого кристаллического вещества; со 2 февраля 1999 года всем реанимируемым будет гипнотически внушаться, что они уже не существуют материально, что их психоэнергетические субстанции спонтанно переходят в промежуточно-щелевые ячейки для дальнейшего вживления в новые бионосители высшего порядка – ощущение нирваноэйфории достигнет наивысшего предела; 12 февраля будут раскрыты еще четыре секретных подземных бункера – все их обитатели (в основном, члены семей и соратники уничтоженных глав правительств) будут казнены показательно-демонстрационными длительными казнями в четырех наиболее крупных лагерях Земли. По прошествии года благоденствия гипноударом будет сообщено об окончании правления Предтечи Антихриста – в тот же день произойдет малообъяснимое событие: во всех без исключения лагерях медленно оживут золотые бюсты и портреты Предтечи, сотни тысяч покрытых огненно-рыжей густейшей шерстью двухголовых монстров с бельмами вместо глаз и шестью зверообразными когтисточленистыми лапами с корежащим визжанием, скрежетом, мучительными визгами, стонами, воплями, разрывая золотые и маслянистые покрытия, спустятся с постаментов и примутся пожирать парализованных страхом и лептонным излучением человеко-особей. Выползающие из-под белых кристаллов мохнатые черные шестнадцатиногие пауки с осмыслечно-багряными глазами начнут впиваться жвалами в плоть поверженных – ужас наполнит лагерь. Но к вечеру все прекратится. Утром следующего дня все реанимируемые будут выпущены на свободу без права возврата в лагеря. К тому моменту 11 апреля, когда Кровавая Фата займет половину небосвода, с неба прозвучит беззвучный, но слышимый всеми Голос, которым будет сообщено, что наступила быстротечная Эра Антихриста. После того, как Голос умолкнет, с небес по всей Земле посыпятся мириады мириадов черных шевелящихся пауков. Ни одному из семисот двух миллионов четырнадцати тысяч трехсот пятидесяти трех освобожденных черные пауки не причинят ни малейшего вреда. После падения пауков, которое будет продолжаться почти восемь недель, кристаллическое вещество, в которое будут зарываться пауки, обретет лилово-мерцающий свет – отблеск Кровавой Фаты, занимающей уже две трети небосвода. За те восемь недель человеко-особями будет выедено все живое на планете вплоть до червей, насекомых, кореньев, падали. Начнет нарастать людоедство, сопровождаемое повальным неудержимым безумием, во время которого людоед, набрасывающийся на свою более слабую жертву, будет совершенно зримо и однозначно представлять и считать самого себя всемогущим и безжалостным Антихристом, уничтожающим грешников, с одновременным раздвоением личности – считая Антихристом собственную жертву. Такое же раздвоение будет в сознании поедаемого – он будет воочию видеть пожирающего его семиголового драконовидного панцирокрылого Антихриста с горящими огнем глазами и шестью алмазными острейшими клыками. Другим краем сознания пожираемый будет видеть самого себя, низвергнутым и побиваемым незримой безжалостною силою Антихристом. Вся эра Антихриста пройдет под этим знаком раздвоения и в беспрерывном лютом поедании себе подобных. Уже 1 декабря 1999 года на усыхающей и прожигаемой кристаллическим веществом Земле останется всего четыреста тысяч наиболее сильных и выносливых человеко-особей, выслеживающих друг друга, настигающих, раздирающих кожу, мясо и кости жертвы когтями, зубами, упивающихся кровью ближних… Проеденная насквозь черными пауками земная кора превратится в съеживающуюся пористую массу. Вместе с тем через Австрало-Новозеландскую огненную воронку начнется исход с планеты неведомых энергоразумных сущностей, не имеющих бионосителей. По мере проникновения внутрь Земли все новых и новых армадополчищ пауков, земной шар будет исторгать огненнопульсирующих внутрижителей, в том числе и человекоземлян, обретших вторую и третью степени постчеловеческого бытия. Сверхсущества четвертой и высших степеней будут исходить самостоятельно – никакой передачи информации остающимся и внешним цивилизациям осуществляться не будет, о дальнейшей судьбе изошедших и избежавших Всеобщей Гибели никогда и никому не станет известно. Внутренности Земли превратятся в сплошное исполинское месиво шевелящихся и перерождающихся черных пауков, проваливающиеся внутрь человекоособи будут длительно и мучительно умирать в этой копошащейся массе, которая сама по себе не причинит им зла, но и не даст возможности выбраться наружу. Между тем на поверхности бойня достигнет наивысшего предела, остатки разума будут утрачены человеко-людоедами, пожирающими друг друга – схватки станут длительными, затяжными, мучительными, ибо останутся лишь невероятно сильные и живучие зверолюди нового порядка – с каждым съеденным, истерзанным у победителя силы будут умножаться и сам он будет увеличиваться в размерах до уровня пяти-шестиметрового гребнелапого тиранозавра. Последние люди будут иметь устрашающе зверский вид – обросшие спутанной водорослевидной шерстью, покрытые панцирными пластинами, с десятисантиметровыми клыками и когтями, они уже не только будут сами представлять себя Антихристами, но и являться таковыми. Пустынные пространства под свинцовыми небесами будут оглашаться истошными ревами, воем, истерическим визгом, стонами, предсмертным хрипом, сипом. 31 декабря 1999 года, когда пурпурно-лиловая Кровавая Фата займет весь небосвод и навстречу ее мерцанию из-под земли начнут выползать триллионы черных огненноглазых пауков, в окрестностях Иерусалима сойдутся на последний смертный бой вечно голодные, не ведающие жалости, алчущие последние зверолюди. Их будет шестеро. Но каждый будет видеть перед собой лишь одного противника, которого надо пожрать – Антихриста. И каждый сам будет Антихристом. И когда Кровавая Фата полностью поглотит погибающую Землю, последний Человеко-Антихрист перегрызет горло своему ближнему – такому же Человеко-Антихристу, а тот в последней судороге сумеет переломить врагу своему ближнему хребет – оба скончаются в конвульсиях и адских муках, оба провалятся в изъеденную землю – и ни один паукообразный не бросит даже взгляда на последних людей, встретивших свой смертный час за несколько секунд до Конца Света, уготованного одной лишь Земле с обитавшей на ней Третичной цивилизацией. Ровно в 00 часов Безвременья Земля перестанет существовать. Незримое Пространство поглотит ее, и переход через Нулевую Точку, завершающийся гибелью всего сущего по эту сторону Черного Барьера, породит по ту Его сторону несуществующее и незримое, все вернется на круги своя, Мрак покроет Пространство…

Е. Романюк

Пока еще – мы люди

Интервью с парапсихологом

Эта встреча была далеко не случайной, так как искали ее мы оба. Я – как каждый ищущий острую тему журналист. Мой же собеседник хотел выговориться по наболевшему вопросу.

По взаимной договоренности я не называю его имени. Но, увы! – ни он сам, ни институт, который он представляет, ни тем более тема беседы не являются очередной журналистской мистификацией.

Почему мой собеседник выбрал страницы «Голоса Вселенной»? По его мнению, это – единственное издание, открыто писавшее о темах, разработкой которых занимались в институте, нет нужды объяснять его читателям азы проблемы и ее серьезность. Положение вещей, тем более, перспектива их развития таковы, что не могут не вызывать опасения специалистов института.

Чего же они опасаются, точнее, что предвидят?

А. Н.: Сама идея использования психогенераторов – возможность управления, манипулирования людьми. Но это всего лишь один из побочных эффектов их использования. Все возможные последствия применения неизвестны ни тем, кто их изготавливает, ни тем, кто применяет. Исследователи получили «черный ящик», о котором известно, что, если нажать на кнопку, то с одной из сторон появится нечто. Но что при этом появляется из остальных пяти сторон, не знает никто. Сам факт использования психогенераторов был бы еще не страшен, если бы оно проходило только в контролируемых лабораторных условиях. Но, на настоящий момент, их производство зашло уже достаточно далеко, применяются такие генераторы многими структурами… в том числе и в преступной среде…

Корр.: Что, по-Вашему, является самыми серьезными последствиями применения психогенераторов?

А. Н.: …Мутации на высоком информационном уровне, когда происходят не просто изменения человека во времени, а сама его структура становится нестабильной, легко трансформируемой во что угодно. И чаще – в нечто отрицательное, так как, увы, в нашей жизни преобладает именно оно. Скорость таких изменений крайне высока – процесс займет менее получаса, причем для такой трансформации могут быть использованы генераторы, применяемые в целительстве.

Самое опасное – воздействие идет на мозг, центральную нервную систему. Высшие функции мозга подавляются, устойчивыми остаются первичные рефлексы, доставшиеся человеку от животных. Чаще всего просыпается комплекс хищника, который и приводит к превращению в вампира, оборотня.

Корр.: То есть – оборотни, по-Вашему, реальность, которая может нам встретиться в любой момент?

А. Н.: Вполне. Во время эксперимента мы использовали сочетание ауди-визуальной информации из американской видеоленты «Вой» с техникой трансформации, разработанной специалистами института, которая позволяет видоизменять человека (в человеческих пределах). Результат был аналогичен увиденному на экране. Только то, что создателями фильма было достигнуто с помощью сложной видеотехники, экспериментатор выполнил перед зеркалом за полчаса. Лицо стало приобретать звероподобность, менялись не только мягкие ткани, но и строение челюстей, цвет глаз, кожи… начал появляться волосяной покров. Эксперимент до конца доведен не был, так как не было уверенности в «обратном» превращении, что, исходя из принятых в институте принципов безопасности, является обязательным…

Резонен вопрос – что же это за институт, в стенах которого подобные превращения человека рассматриваются не более как обычные, рядовые эксперименты?

…По воле случая, если это выражение уместно… однажды несколько талантливых изобретателей были объединены одним, скажем, очень умным человеком. Его уникальное открытие, позволяет обрабатывать громадное количество информации в кратчайший срок, не пользуясь услугами толпы программистов и дорогостоящими компьютерами, более того – использовать тут же эту информацию, создавать на ее основе новые методики в самых невероятных областях знаний. Но, как это принято очень часто в нашей стране, официальным структурам власти это открытие было… не нужным. И автор стал использовать его сам, вместе с небольшой группой единомышленников. В годы «перестройки» коллектив вышел из подполья, создав открытые подразделения типа института, школ и т. д.

Разработки института постороннему человеку, наверное, покажутся в первый момент смесью сказок и фантастических романов. Но только лишь в первый момент. Фантастика здесь, я бы сказал, не просто реальна, но как-то обыденна. И не просто специалисты института пользуются повышенным вниманием соответствующих органов: силу, которой они располагают, невозможно ни уничтожить, ни взять под контроль. Это не может не вызывать опасений представителей власти. Но вернемся к разговору.

А. Н.: Процесс трансформации требует больших затрат энергии, собственно этим и объясняется желание оборотней после превращения питаться свежим мясом, кровью. Используемые во время трансформации ткани требуют быстрой компенсации аналогичными – либо человеческими, либо, если оборотень находится в образе животного – тканями и кровью близкого к этому образу животного. Оборотень вынужден нападать на человека (либо животное), пить кровь, есть мясо, которые тут же трансформируются, не перевариваясь в желудке, в его ткани.

Корр.: Существует гипотеза, что кровь, выпитая вампиром, передается по инфернальным каналам в другое измерение.

А. Н.: Полностью отрицать этот вариант нельзя. Но мы говорим о наших «родных» вампирах и оборотнях, в которые может человек превратиться под действием психогенератора. Изменяется метаболизм организма, ткани, ушедшие на его перестройку, требуется немедленно компенсировать взятыми из окружающей среды. Что человек-вампир и делает.

Корр.: Чем Вы тогда объясните эффект полых зубов у вампиров, о чем писал один из авторов «Голоса Вселенной»?

А. Н.: Во время процесса трансформации возможны изменения костной ткани. (Изменение строения костей черепа мы наблюдали во время экспериментов.) Отмечено, также, что за верхними зубами, на твердом нёбе, у человека есть складки, которые, время от времени, открываются. Вероятно, эти каналы служат для подачи питательной жидкости на-прямую, конечно, в первую очередь, для поддержания работы мозга, крайне напряженной во время процесса трансформации в оборотня.

По отчетам отдельных экспериментаторов, во время процесса трансформации температура тела повышалась настолько, что человек, находящийся в обычном состоянии воспринимал их прикосновение как ожог.

Более того, во время такой трансформации возможно слияние нескольких объектов, т. е. – в результате получится монстр, превышающий массу человека (или животного) в несколько раз. Возможны появления, скажем, четырехруких кентавров, животных огромных размеров, объектов типа Шивы… И ужасы видеофильмов, по сравнению с этим, покажутся не более чем детским зоопарком. Живучесть же таких чудовищ возрастает пропорционально числу слившихся субъектов, так как поразить их можно, только воздействовав на мозг – центр управления, а здесь мы сталкиваемся не только с несколькими такими центрами, но и находящимися «в разброс» по телу. Тут уж понадобится не одна серебряная пуля (если верить в ее силу), но и надо знать конкретно, куда этими пулями попасть. Любая из «оставшихся в живых» голов, точнее, сам уцелевший мозг, способен управлять всем организмом супероборотня.

Поэтому, все эти с виду невинные исследования наших многочисленных лабораторий психотроники… не так уж невинны на самом деле. Надо задаться вопросом, насколько применяемые ими приборы способны работать без эффекта дестабилизации энергоинформационной структуры человека, не закладывается ли, одновременно с оздоровлением человека программа его превращения в оборотня? Корр.: Вы упомянули о разработанной в Вашем институте технике трансформации…

А. Н.: Само явление трансформации – превращение в животное или другого человека и обратное – позволяет избавляться от многих заболеваний. Простой пример: человек, получивший травму, проходит трансформацию, превращается в животное, меньшее, чем сам, как бы скидывает часть массы, тратит ее на процесс трансформации. И в первую очередь организм отдает ненужное – очаги воспаления, рубцы… он как бы омолаживается. При обратном превращении (даже если оно было неполным) процесс повторяется. Собственно, для этого и разрабатывалась техника. Но когда мы оценили возможные последствия того, что человек не только получает возможность продлить молодость… практически сделать шаг к бессмертию, но, в случае, если процесс пойдет неконтролируемым путем, превратится в чудовище… мы отказались от разработки этой методики, какие перспективы она ни обещала бы.

Корр.: Возможно ли превращение человека в оборотня (или вампира) после укуса аналогичного субъекта?

А. Н.: Да. При укусе в организме жертвы нарушается гомеостаз, возникает своеобразный гормональный взрыв – условия благоприятные для трансформации. А в момент испуга, когда человек открыт, на подсознательном уровне вкладывается программа трансформации. Проходит некоторое время – начинается перестройка организма. В американских видеолентах этот процесс показан очень детально. Кстати, в связи с громадной реальностью – истинной! – многих западных фильмов, возникает вопрос: не были ли их создатели по крайней мере допущены к материалам экспериментов психотронных лабораторий.

Сам показ фильмов подобного типа (вампиризм, оборотни, аномальные способности человека) мы рассматриваем как своеобразный эксперимент над населением. С одной стороны, при реальной, неэкранной встрече с подобным явлением оно воспринимается не реальностью, но как некая галлюцинация, подсознательная память о фильме (если встреча не имела последствий). С другой стороны – фильм является своеобразной программой, направленной на материализацию увиденного, провоцирования появления людей, обладающих подобными способностями. Сопоставьте массовое появление экстрасенсорных способностей, особенно в среде молодежи, и фильмы, прошедшие по экранам видеосалонов: «Порождающая огонь», «Сканнеры»… Сейчас на большой экран вышли «Сканнеры-2». Интересен факт: после массового прохождения по видеосалонам фильма «Порождающая огонь», мы пробовали получить кассету для нужд института… Смогли сделать это с большим трудом, во всех салонах отвечали «пленка стерта», причем, в большинстве случаев указывали на «полученное указание».

Корр.: То есть – видеофильмы – своеобразное техническое средство?

А. Н.: И не только они. Возьмите тяжелый рок – это же прекрасный ключ для подключения к подсознанию. Добавьте во время концерта немного ультразвуковых колебаний, немного инфразвуковых, и зрителей можно заставить делать все, что угодно. Многие родители, кстати, отмечали, что, после начала увлечения рок-музыкой, дети начинали полнеть, либо худеть, становились сонливыми… начинались гормональные изменения. Падают слух, умственные способности… Фактически, концерты – своеобразная подготовка «полуфабрикатов» для зомби.

Тот же эффект – у сеансов наших телесенсов, которые были бы невозможны в любом цивилизованном обществе. Массовые телесеансы Кашпировского совпали с исследованиями нашего института, проводимыми в одном из северных районов страны. Результаты тестирования просто ужасающие. Внушаемость среди детей повышалась от 25 до 85 %, у взрослых – от 10–15 % до 65–70 % (до и после серии телесеансов). Резко возрастала скорость введения в транс, для многих было достаточно, практически, нескольких секунд. Повторяю, это жутко. Ведь такие люди не могут, не должны работать на местах, связанных с высокой степенью ответственности. Они не контролируют до конца свои действия, могут легко поддаться любому целенаправленному внушению. И аварии, типа Чернобыля, где, я считаю, такое внушение было сделано, возможно при помощи психотронных генераторов, будут еще и еще… Вероятность психовоздействия в Чернобыле? Не могли десять специалистов сделать последовательно четырнадцать ошибок в строго регламентированном процессе.'

И все эти телесенсы… просто не представляют ни сил, какими владеют, ни возможных последствий своего воздействия. Сам же факт их выпуска на экраны ТВ – целенаправленная обработка населения, большая политика…

С. Ильдаров

Открытое, мужественное лицо

Получилось так, что я должен был ехать в Латвию, в городок Смилтене. Я был рад – никогда не был в Латвии.

Но в те дни я бы согласился ехать куда угодно – лишь бы не оставаться на месте. Всё у меня шло вкривь, вкось. Это не то, что просто не везёт. Невезение – случайность. Со мной происходили вещи удручающе закономерные.

Человек, то есть я, ставит перед собой цель. Выполнение этой цели зависит от других людей. Человек обращается к этим людям, чтобы получить от них помощь, и все ему отказывают. «Ну что ж, – думает он, – я этого и ожидал», – и начинает преследовать другую цель, другими средствами, обращаясь к другим людям, и всегда получает от всех отказ. «Это невероятно, – думает он, – чтобы все отказали. Их же много. Неужели все они одинаковые?»

И я хожу с опущенными руками, и с головой, в бессилии наклонённой влево, и с печальными глазами.

И я опять иду к людям, облечённым полномочиями, и слышу от них: «Нет».

Нет. Нет. Нет. Нет.

Это должно иметь конец.

Например, мне скажут: «Завтра тебя убьют». И я пишу прошения о помиловании, и пытаюсь сломать решетку в окне камеры, и обращаюсь к стражнику, и к адвокату, и к судье, и к прокурору, и ещё к каким-то лицам.

Прошение отклоняется, прутья решетки толще моих рук, у стражника и всех остальных каменные лица, и они говорят: «Нет».

Я плачу, потому что это – сон – наяву я никогда не плачу – и умоляю о пощаде, но никто не внимает мольбам, и меня сбрасывают в пропасть, и я просыпаюсь, и тело моё покрыто студёным потом, и вырисовываются очертания моей комнаты, я вдыхаю радостно ~ в эту минуту я счастлив.

Счастлив, что жив.

Я поехал в Латвию, убегал от отчаяния.

Я уже не ждал. Пути к отступлению были отрезаны. Впереди – беспросветный мрак.

Каждые пять минут я с тоской смотрел на часы. Я ещё надеялся.

Вот пошёл двенадцатый час.

Въехали в большой тёмный город, с немногими огнями. Я проникся уверенностью, что это уже Цесис.

Действительно, автобус описал большой круг и остановился. Я вышел из него и каким-то образом мгновенно остался один – все куда-то разошлись.

Тусклый свет лампочки над входом в автовокзал лишь подчёркивал окружившую меня темноту.

Два забытых автомобиля стояли на другой стороне улицы. Пожилая женщина подошла к одному из них и села.

В машине был шофёр. Это оказалось такси. Отъезжающая машина взорвала ночную тишину.

Огромная молния осветила небо, превратила спящий город в фантастическую страну.

Я оказался на тротуаре и закурил.

Навстречу мне шёл человек.

– Простите, – сказал я, и он остановился.

Он был чуть повыше меня ростом, в светлом дождевике. Аккуратная чёрная причёска обрамляла его бледное худое лицо – открытое, мужественное, немного обветренное. Лицо казалось загорелым из-за ослепительной белизны белков глаз. Чёрные зрачки пронзали мои глаза. Я спросил:

– Вы не знаете, каким транспортом сейчас я могу добраться до Смилтене?

Человек внимательно смотрел на меня. Потом сказал с сильным акцентом:

– Я сам не знаю. Мне тоже надо в Смилтене. Автобусы уже не ходят.

– Извините, – сказал я.

Я повернулся и пошёл следом за ним. Мы шли по широкой улице с двухэтажными домами. Я прочёл: «Гагарина иела». Улица Гагарина.

Человек остановился и начал беседовать с рыжим кудрявым парнем.

Я стоял в нескольких шагах от них.

Человек обернулся и взглянул на меня.

Лицо его было тщательно выбритое и при свете фонаря казалось синеватым. От глаз веяло холодом.

Я тронулся с места и вышел на площадь с сиротливые памятником посредине. Почему-то свернул направо. Ватагами парни ходили по улице это беспокоило меня.

Впереди было высокое освещённое здание. Ресторан.

Здесь же были кафейница и эдница – столовая.

Кучка молодых людей штурмовала дверь ресторана. Я прошёл мимо, хотя чувствовал голод.

Показался ещё один освещённый дом – жёлтый, двухэтажный, на другой стороне тёмной улицы. Я пересёк улицу и взобрался на крыльцо дома. Прочёт табличку: «Виесница». Гостиница. То, что мне нужно.

Очередь у окошка администратора. Передо мной – четверо.

Первым был похожий на русского интеллигентного вид; толстяк с полнокровным бугристым лицом.

На стене справа от меня – прейскурант. Маленькая и дешёвая гостиница: стоимость мест от 60 коп. до 1 р. 30 коп.

Вторым был парень баскетбольного роста, третьей – юная девица с тёмно-каштановыми локонами из-под синего берета.

Странно было, что она одна приехала в этот город. Я ей позавидовал – она получила одноместный номер.

Пожилая администраторша дала ей ключ и сказала по русски:

– Больше мест нет.

– Как же так? – возмутилась стоявшая впереди меня высокая блондинка и начала что-то объяснять по-латышски.

На её протяжные гласные откликнулась женщина, сидевшая рядом с администраторшей, вышла из администраторской кабины и, после недолгого разговора, надела болоньевый плащ и увела с собой блондинку из гостиницы, в ночную тьму.

– Действительно мест нет? – спросил я, оставшись один на один с администраторшей.

– Если бы были, я бы поселила.

– А что же вы мне посоветуете?

– Не знаю, что и советовать.

Я отошёл от окошка, сел в кресло, прислонённое к стене закурил, вытащил из портфеля книгу – «Годы учения Вильгельма Майстера» Гёте и принялся за чтение.

Идти мне было некуда, и я надеялся, что администраторша что-нибудь придумает – ведь она, как и я, не говорила по-латышски.

Я ждал недолго. В половине первого женщина крикнула из своего окошка:

– Молодой человек!

Я подошёл.

– У меня есть свободный номер, – сказала она. – Но я туда никого не поселяю.

– Почему?

– В этом номере жил мужчина, и он умер в гостинице. Странной смертью. На днях. Вам на сколько нужна гостиница?

– Только переночевать.

– Вы согласны переночевать в этом номере?

– Да, – сказал я после некоторого колебания. – А почему вы предупредили меня?

– Вы бы всё равно узнали. Это знают все.

Я заполнил необходимые бланки, оплатил счёт за сутки и она дала мне ключ и сказала:

– Постель там есть. Идите.

Я поднялся на второй этаж и нашёл свою дверь. Отпер с трудом – рука дрожала. Ужасом пахнуло на меня. Огромная молния показалась в раскрытом настежь окне и осветила тёмную комнату синим светом.

Я в замешательстве шарил рукой в поисках выключателя, наконец нащупал его, и, когда в номере стало светло, немного успокоился.

Две сдвинутые вместе деревянные кровати упирались в стену справа от меня. Письменный стол прислонён к подоконнику.

Ноги мои были тяжелы от усталости. Я запер дверь, вы курил сигарету, потом вымыл пепельницу под краном – не могу заснуть, когда пахнет табачным пеплом – и накрыл ее газетой.

Разделся, потушил свет, залез под холодную простыню вытянул ноги в предвкушении мгновенного сна.

Я закрыл глаза, но сон не шёл. Веки мои дрожали от частых вспышек.

Я открыл глаза.

Каждую секунду дверь озарялась голубым светом. Это было невыносимо. Я поднялся и подошёл к распахнутому окну.

Небо вспыхивало голубым пламенем и опять погружалось во тьму.

В самое сердце моё проникала тревога. Я захлопнул окно и защёлкнул шпингалет. Занавесок не было.

Я залез под одеяло и ворочался и дрожал, хотя не было холодно.

Мне предстояло провести ночь в сопровождении световых эффектов.

Ледяная вода текла по жилам от ног до самого сердца. В висках стучала кровь.

Ни один звук не нарушал могильной тишины. На голубой двери, как на экране, высвечивались кошмарные видения.

Я закрыл глаза и лежал, надеясь, что всё это пройдёт. Если бы хоть кто-нибудь был рядом. Наконец я забылся.

Я опять увидел тот сон, где меня приговаривают к смерти. И вот я уже лечу в пропасть и слышу отчаянный, далёкий голос матери: она зовет меня тем именем, которым звала в детстве… Я знаю, что должен проснуться, но лечу до конца и ударяюсь лицом в камни, и протяжный вопль застревает в моём горле.

Мне кажется, что я кричу, но я просыпаюсь, и крик мой беззвучен, только горло напряжено. Я лежу лицом в подушку. Я переворачиваюсь и смотрю вправо. На соседней кровати кто-то лежит.

Я приподнимаюсь. Лежит человек с синим ввалившимся лицом, с грязными волосами, в грязной одежде. На шее, под ухом, запеклась кровь.

Это мертвец.

Я падаю на подушку и не могу шевельнуться. Потом с трудом поворачиваюсь влево.

Вновь голубые вспышки на двери.

Глаза мои утомлены, а душу сверлит видение трупа на кровати справа.

С трепетом я поворачиваюсь к нему – но трупа уже нет. А может, и не было, а я просто растревожил одеяло на соседней кровати, и оно свернулось в кучу, напоминающую человека?

С томительным предчувствием я кладу руку на это одеяло, и радость приходит – под ним ничего нет. Вновь погружаюсь в сон.

Иду в темноте, и навстречу бежит огромная чёрная собака.

Она прыгает на меня и рвёт моё лицо, жестоко и долго. И вот я уже без глаз. Я слеп, ничего не вижу. Глаза – самое дорогое.

Меня гнетёт сознание, что это уже навсегда, глаз не вернёшь.

До конца жизни в кромешной, чёрной тьме.

Вопль безысходности сотрясает меня, и я просыпаюсь и удивляюсь, что крик мой беззвучен. И я вижу! Уже светает.

В нос ударяет острый, неприятный ночной запах табака.

За столом, спиной ко мне, сидит человек и курит.

Дверь заперта, за запертым окном – туман и ничего больше, зарницы кончились.

Откуда мог взяться этот человек?

И мой крик обретает звук.

Человек оборачивается на этот звук.

Он внимательно и строго смотрит на меня чёрными зрачками из ослепительных белков.

Печально его открытое, мужественное лицо, – немного обветренное, бледное, обрамлённое аккуратной чёрной причёской.

На спинке стула висит светлый дождевик.

У меня нет дождевика.

Я узнаю этого человека.

С ним я встретился вечером в этом городе.

Он удивлённо смотрит на меня, потом отворачивается, гасит сигарету и сидит, наклонившись над столом.

Я поворачиваюсь к двери, и меня обволакивает сон.

Больше снов я не видел и проснулся от шумной возни в коридоре. Там, стуча ногами и громко переговариваясь, ходила молодёжь – должно быть, спортсмены.

Я умылся, оделся. Ночные страхи показались пустяковыми.

Взгляд мой упал на стеклянную пепельницу. Она стояла на столе, где я её оставил.

Но я помнил, что накрывал её газетой. Теперь газета лежала в стороне.

На чисто вымытом стеклянном дне пепельницы я увидел небольшую кучку пепла и наполовину выкуренную сигарету.

Я всегда докуриваю сигареты почти до фильтра.

…Холодея от страха, я отпер дверь в коридор, чтобы лучше слышать голоса и шаги.

Трясущимися руками я донёс пепельницу до туалета, высыпал её содержимое в корзину для мусора и вновь всполоснул её.

Я спустился в буфет – в подвал. Съел тарелку серого жареного гороха с салом, кружок яичницы, запил всё кефиром.

Вокруг меня были люди, весёлая болтовня, тревоги мои рассеялись, и я решил остаться в городке до вечера, изучить его, раз уже попал сюда.

С этой мыслью я пошёл на автовокзал.

Густой утренний туман холодил кости, асфальт был мокрый, но без луж. Стоял характерный для сырого города запах гари.

Я купил билет на последний рейс в Смилтене, вышел из автовокзала и вошёл в стеклянное строение рядом – в буфет.

Было восемь часов утра, и в буфете толпился народ, пил пиво «Сенчу», заедая горячей копчёной колбасой, жир которой, расплавленный в кипятке, тут же застывал, уменьшая съедобность колбасы.

Недавний завтрак не набил моего желудка, и я заказал пива с колбасой.

– Семдесмит пьектс, – сказала высокая накрашенная буфетчица, и я понёс две откупоренные бутылки и тарелку с дымящейся колбасой к мраморному столику в углу.

За столиком никого не было. Я выпил бутылку пива. Холодная дрожь заставила меня обернуться.

В другом углу по той же стене стоял высокий худой человек в дождевике.

Аккуратная чёрная причёска обрамляла его бледное, узкое, открытое мужественное лицо, немного обветренное.

Чёрные глаза из ослепительных белков сверлили моё лицо.

Кусок застывшей колбасы выпал из моей руки и покатился под столиками, по мокрому каменному полу.

Человек стоял за столиком и смотрел на меня. Перед ним не было пива и еды, он просто смотрел.

Я торопливо зашагал к выходу; поскользнулся на мокром полу, но удержался, схватившись За ручку двери, и она со скрипом захлопнулась.

Я с трудом открыл её, глотнул сырой туманный воздух и, задыхаясь, побежал по улице Гагарина, к гостинице.

Промчался по пустынной, голой площади с одиноким памятником посредине.

Запыхался и уже медленными шагами вошёл в гостиницу, прошёл мимо снующих длинноволосых высоких спортсменов и спортсменок в тренировочных костюмах, поднялся на второй этаж, открыл ключом дверь в номер.

В изнеможении опустился на стул, руки мои упали на холодное дерево стола.

Опять я почувствовал беспокойство – стало не по себе. Что-то было не так.

Я напряг сознание и понял, что в холодной комнате сиденье моё было тёплое, чем-то нагретое.

Дно пепельницы было покрыто слоем пепла, на котором валялся окурок – из сигареты было сделано лишь две-три затяжки.

Я схватил пепельницу и хотел унести её в туалет, но жуткий звук остановил меня посреди комнаты.

Это был животный вопль. В нём звучала первобытная безысходность, животное отчаяние, безнадёжность, ужас. Кричала женщина.

Пепельница выскользнула из моих рук и оглушительно, как канонада, загромыхала на паркете, рассыпав содержимое.

Я механически вышел из номера и вошёл в соседний, почему-то полагая, что крик оттуда.

На прислонённой к стене кровати молча, отвернувшись к стене, лежала в одежде девица с тёмно-каштановыми волосами. Она повернула ко мне лицо – я узнал её: она была вечером в очереди к администратору.

Я отвёл взгляд: не мог смотреть на её округлённые от ужаса глаза, беспомощно раскрытый рот, ярко-красный на белом, как бумага, лице.

Она проговорила – голос её был скрипучий, с сильным акцентом:

– Там, в шкафу – человек висит. И протянула тонкую руку.

Я шагнул в показанном ею направлении и резким рывком открыл дверцу шкафа.

Но шкаф был пуст. Зеркальная задняя стенка его отражала моё измученное тяжёлым сном лицо, с синими кругами вокруг глаз.

– Вот, – сказал я ласково, повернувшись к девице. – Там ничего нет.

Она прищурилась и сказала тихо:

– Он там висит.

И лицо ее упало на подушку.

Я тихонько затворил за собой дверь.

Агония.

Боль, от которой никуда не убежишь и которая кончится, только когда всё кончится.

Из-за которой невозможно шевельнуться и даже открыть или закрыть глаза.

Я ватными шагами спустился на первый этаж и увидел в окошке уже знакомое пожилое лицо администраторши.

У окошка никого не было, и я обратился к ней:

– Извините, пожалуйста. Скажите мне, человек умер в моём номере?

– Да. Он жил в вашем номере.

– То есть я хотел спросить, смерть произошла в моём номере?

Женщина нахмурилась, о чём-то размышляя. Я решил помочь ей:

– Он умер в соседнем номере? Справа от моего?

– Откуда вы узнали? – спросила она шёпотом.

– Этого никто не знал?

– Никто. Тот номер пустовал тогда. Откуда же…

– Ничего, – сказал я. – Он повесился?

– Да. Но откуда…

– Ничего. Он сегодня опять там висел.

– Простите. Я не понимаю. Его уже похоронили, – женщина была в недоумении.

– У вас нет его фотографии, паспорта или ещё какого-нибудь документа? Я хочу видеть его лицо.

– Нет. Все документы забрала милиция.

– Он был похож на меня?

– Боже, – сказала она. – Он был страшно похож на вас. Может, он ваш родственник? Я забыла его имя, но это можно узнать… – женщина бросилась открывать ящик стола.

– Это неважно, – бросил я. – Он был похож на меня, только волосы у него были, короче и потемнее?

– Точно. Точно.

– И повыше ростом?

– Так.

– Открытое, мужественное лицо, немного обветренное, бледное, выбритое до синевы, чёрные зрачки на ослепительных белках глаз?

– Да. Точно.

– Он ходил в дождевике?

– Да. В белом.

– В белом, – машинально повторил я. – Спасибо вам.

Я отошёл от окошка, вышел на улицу. Холодный туман дохнул в лицо и уложил волнение.

Заглянул в полуразрушенный, захламлённый средневековый замок

Опять попал на рынок. Прямо у входа стоял горбатый, с морщинистым, как залежалая картофелина, коричневым лицом, старик в грязном пальто, чёрной войлочной шляпе.

Он разложил в коробке зеленоватые матовые, полупрозрачные камушки.

– Дайте один, – сказал я горячечным голосом. – Что это такое? Вас ист дас?

– Фосфоре, – сказал старик. – Дэсмит ка… – старик губами и пальцами пытался объяснить цену.

Я бросил камушек в карман, кинул в коробку гривенник и размашистыми шагами почти полетел по направлению к своей резиденции. По пути заскочил в универмаг напротив и купил за 60 рублей светло-серый, почти белый плащ-дождевик.

Вбежав в гостиницу, я врезался в толпу юных спортсменов, и они расступились. Мой путь был в парикмахерскую.

Пройдя по коридору, я попал в маленький зал. Здесь было лишь одно кресло, и оно пустовало.

Я потребовал, чтобы меня коротко подстригли и тщательно побрили.

Покинув парикмахерскую, я вновь бросился к администраторше. Дежурила всё та же – видимо, суточное дежурство.

– Извините, пожалуйста, ещё раз, – сказал я.

Её глаза широко раскрылись от внезапного страха, но она наконец узнала меня и спросила:

– Что нужно?

– Я забыл ключ в номере, и когда я ушёл, дверь захлопнулась. У вас нет запасного ключа? – задыхаясь, проговорил я.

– У нас двери не захлопываются, – строго сказала женщина. – Наверное, вы потеряли ключ.

– Нет, – сказал я. – Я точно помню, что забыл ключ в номере.

– Вы так полагаетесь на свою память? – иронически спросила она. – Если вы не запирали дверь, она не могла сама запереться.

– Но я уже пытался войти и не смог.

– Попытайтесь ещё раз. Проверьте как следует, – пожилая женщина смотрела на меня с сочувствием, как на больного.

Я поплёлся на второй этаж, ожидая крушения.

Разбежался и толкнул свою дверь.

Она легко отворилась.

Ключ мой лежал на столе.

Ключ лежал в луже крови. Кровь уже свернулась, застыла, красная, неяркая, как мороженое мясо.

Кровью была наполнена пепельница, и вмёрзла в свернувшуюся массу наполовину выкуренная сигарета.

Кровь вокруг пепельницы.

Застывшие струи вели со стола на пол.

На полу – всего несколько растёкшихся капель крови.

Сладковатый запах вызывал волнение в горле, тошноту. Я распахнул окно и стал жадно глотать свежий ветер.

Размахнулся и вышвырнул пепельницу в туман.

Она достигла земли и с оглушительным звоном рассыпалась на тысячи осколков.

Я уже ничего не боялся.

Нашёл у умывальника влажную тряпку и начал с усилием водить по столу.

Убедился, что кровь натуральная, и тщательно протёр стол и пол – стались лишь маслянистые тёмные следы.

Я сел на одеяло, которое ночью принял за мертвеца, вытащил из кармана кусок фосфора и намазал им глаза и веки. Причесал волосы и вышел из номера, запер дверь.

Постучался в соседний справа номер.

– Йа, йа, – раздался скрипучий девичий голос.

Я вошёл – передо мной во весь рост стояла юная девица с тёмно-каштановыми волосами, с нежным белым лицом.

Зрачки её стали огромными, и я услышал вопль. Она упала навзничь. Сначала был глухой звук, потом стук головы об пол.

Я шагнул к шкафу и открыл его, чтобы полюбоваться собою в зеркале.

Да, теперь меня нельзя было отличить от Того.

Я широко улыбнулся, обнажив зубы, но отражение не улыбалось. Оно печально и зло смотрело на меня. Жёсткие, прямые складки вокруг его губ.

– Ну…

Я услышал этот короткий и вечный звук, как скрежет адской машины, металлический голос микрофона.

Затряслось моё тело холодной волной.

Это было он – повыше меня ростом, с чёрными, как ничто, волосами.

Он больше ничего не сказал и устало откинулся к стене шкафа – зеркала не было.

Кривая усмешка промелькнула на его открытом, мужественном лице, и лицо внезапно посинело и стало твёрдым и холодным, как обмёрзший камень.

Грубая серая верёвка вонзилась петлёй в его шею, убегала ввысь.

Стекло и жемчуг с чёрными дырками – мёртвые глаза пронзали мою голову, мой мозг насквозь.

Янтарный Гугон – беспощадный мир!

Художник Роман Афонин

Объявления

ОТКРОВЕНИЯ БОГОРОДИЦЫ:

Россия – место битвы с Драконом!

Я не желаю более видеть Россию бешеной собакой, кусающей святых и исторгающей проклятия с пеной на устах.

Высочайшим указом повелеваю: в краткий срок уничтожить предметы дьявольского культа – серпы и молоты, и статуи языческие – и водворить на место их иконы. В местах массовых захоронений жертв «красного дракона» поставить Мои маленькие часовни.

ВНИМАНИЕ! ГИПЕРЗАРЯД Б. Э.

ТАЛИСМАН-ОБЕРЕГ

Внимание! В крайне напряженной ситуации, когда Земля практически полностью находится под властвованием проникшей через Сверхпространственный туннель нечистой силы, спасти Вас от сглаза, проникновения внутрь Вас бесов и прочих исчадий ада может исключительно Ваша Вера в конечное торжество Добра во Всем Существующем Мире, Учение Православной Христианской Церкви и талисман-оберег!

Ношение талисмана-оберега не освобождает владельца от соблюдения Православной Христианской обрядности и посещения Церкви. Напротив, регулярно^ посещение служб усиливает действие оберега и в сочетании с посильной благотворительностью и молитвами обеспечивает абсолютную защищенность.

На лиц, совершивших тягчайшие преступления, действие оберега не распространяется. Католиков оберег не защищает.

ДА СПАСЕТ ВСЕХ НАС ОТ ИСЧАДИЙ АДА, БЕСОВ И ДЕМОНОКРАТОРОВ ВЕРА В ПРЕСВЕТЛУЮ ТРОИЦУ И ВОЗРОЖДЕНИЕ ВЕЛИКОЙ РОССИИ! В ЛОНЕ РУССКОЙ ПРАВОСЛАВНОЙ ЦЕРКВИ ДА ОБРЯЩЕТЕ СВОЕ СПАСЕНИЕ! КРЕСТНЫЙ ПУТЬ РУССКОГО НАРОДА – ЕСТЬ ВЕЛИКИЙ ПУТЬ СЛУЖЕНИЯ БОГУ, ПУТЬ СВЯТОЙ БОРЬБЫ ЗА НАЦИОНАЛЬНОЕ ОСВОБОЖДЕНИЕ!

СВОБОДНАЯ ПОДПИСКА НА «ГОЛОС ВСЕЛЕННОЙ» – ЭТО ПОБЕДА ВСЕЛЕНСКИХ СИЛ ДОБРА И ПЕРВОЕ ПОРАЖЕНИЕ СЛУГ ДЬЯВОЛА В РОССИИ! Барьеры Люцифера над Святой Русью дали трещину! В царствие мрака и ужаса пробился первый луч Вселенского Света!

СВЯТОЕ ДЕЛО

Среди океана грязи, подлости, мерзости, излившегося на нашу многострадальную Родину, белоснежной сияющей вершиной высится кристально-непорочная святая вера в восстановление Величайшей Святыни Русского Православного мира. Внося свой вклад, Вы можете быть абсолютно уверены, что пожертвования пойдут только на Храм Спасителя нашего! Строжайший учет делает всех нас участниками Фонда – списки жертвователей (внесших от огромных сумм до самых крохотных пожертвований) публикуются в каждом номере еженедельной газеты «Литературная Россия». В самой редакции, по адресу: Москва, Цветной бульвар, 30, принимаются материальные пожертвования, а также церковная утварь, православные реликвии, которые смогут стать украшениями внутреннего убранства Храма и Его приделов: Все Вы прекрасно знаете, что сейчас тоннами и составами вывозятся из страны шедевры Русского искусства, художественные ценности, нетленные богатства, сокровища. В обмен на них в страну ввозится гадкий мусор: порнография в виде журнальчиков, книг, брошюр, видеокассет, газовые пистолеты, наркотики, тысячи тонн видеоаппаратуры (которая через десять-пятнадцать лет окажется на свалках, в отличие от русских икон, что будут практически вечно сиять, но уже вдали от нас, в коллекциях «западных дельцов». Нас просто-напросто нагло, цинично, вызывающе подло грабят! А мы молчим. Надо постараться сохранить то немногое, что еще не попало в лапы продажных сутенеров, торгующих Родиной, надо сберечь наши богатства хоть в малой их части для наших внуков и правнуков!

Фонд Храма Христа Спасителя – это последнее пристанище Русских людей и их Святынь!

Даже самый закоснелый материалист и тот, пусть не умом, но сердцем чует – неладно в стране. Посланники дьявола незримо царствуют в ней –. и власть их изо дня в день упрочается, имя бесам, опутавшим колючей проволокой Святую Русь, легион, дела их черны и страшны. В ужасающей обстановке неотвратимого приближения грядущего Страшного Конца, несущего гибель всем и всякому, впору задуматься о своей душе, попытаться спасти ее, свершить в свои последние дни как можно больше светлых и добрых дел. На Руси испокон веков существовал один обычай – в годины тяжких испытаний всем миром возводить храмы. Люд сел, деревень, городов, охваченных смертельными морами, предчувствуя неотвратимую гибель, собирал все оставшиеся силы, укреплялся духом, выходил на площади и, превозмогая тяготы, возводил (зачастую от восхода солнца до заката) Божий Храм. И погибель отступала! Отступала всегда перед. необоримым Православным Духом, перед волей объединенных общим делом людей. Настал и ныне черед выйти на площади! Не каждый сможет в нынешних условиях, когда миром правит сатана, сделать это по-прежнему, внося свой личный труд, укладывая свой кирпич в кладку, свое бревно в стену… Но каждый может вместе со своим пожертвованием внести в Возрождающийся Храм частицу своей души. Единение всего Русского Православного мира вокруг общего дела – это и есть наше всеобщее спасение! Сверкающие Праведным Небесным Светом Золотые Купола возрожденного Храма будут для всех нас путеводным маяком, их сияние разрушит власть мрака и тьмы. На краю гибельной адской бездны лишь мы сами можем спасти себя – мы и Господь Бог, пока еще не отрекшийся от нас, взирающий на нас Свыше с надеждой и верой в наше пробуждение.

Расчетный счет Фонда восстановления Храма Христа Спасителя: 100700939 в Дзержинском отделении Жилсоцбанка г. Москвы. Перевод Вы можете сделать с любой почты, из любого Сбербанка страны.

Худ. Григорий Баженов